Вторичный анализ
анализ данных различных социологических исследований с целью решения собственных исследовательских задач, т.е. использование «чужих» исследований в собственных научно-исследовательских целях.
сочетание в личности как традиционно женских, так и мужских черт. Важная психологическая черта, определяющая способность личности менять свое поведение в зависимости от ситуации. Андрогиния помогает формированию устойчивости к стрессам, способствует достижению успехов в различных сферах жизнедеятельности.
Бемом была предложена диагностическая методика психологического пола, определяющая степень андрогинности
В эпоху Серебряного века имело место специфическое философское сотворчество мужчин и женщин, которое автор называет, вспоминая мифологему из диалога Платона «Пир», философским андрогинизмом. Данная парадигма была еще в ХIХ в. задана Вл. Соловьевым и А. Шмидт, независимо друг от друга развившими учение о Церкви-Софии, являющееся первым из подобных андрогинов. «Философская Церковь» Д. Мережковского и З. Гиппиус; феномен Башни Вяч. Иванова и Л. Зиновьевой-Аннибал; эзотерическая трактовка образа преподобного Серафима Саровского, предложенная М. Волошиным и М. Сабашниковой; мемуарный образ Р. Штейнера, представленный с двух точек зрения Андрея Белого и Аси Тургеневой: таковы «философские андрогины», осмысленные в работе.
В классификации выделяются:
маскулинный тип,
феминный тип,
высокий уровень андрогинии,
низкий уровень...
андрогинии....
При высоком уровне андрогинии сочетается маскулинность и фемининность....
Люди с низким уровнем андрогинии обладают недостатком полового влечения и испытывают недостаток жизненных
Содержание данного текста характеризуется терминологической чёткостью, учитывающей «сценарий» эпохи, но оно представлено не в понятийном аппарате дискурса постмодерна и постмодернизма, а в дискурсах нового эпохального статуса пост-постмодерна, являющегося более тонким очертанием технологического имаджинариума. Наше сознание интерпретирует традицию божественной андрогинности и смешивает её с постмодернистской мутацией современного человека. Наряду с дисциплинарными нотами биополитического преобразования постмодернистского индивида, мы предлагаем иллюстративный контекст «Улисса» Джеймса Джойса, у которого отняли невинность рассуждения, чтобы потом, как постгендерного киборга, поддвергнуть его унифицированию, навязываемому капиталистической системой. Его идентичность и сексуальность размельчены и обозначены символами капиталистической системы. Мы готовы утверждать, что в эпоху пост-постмодерна невозможно говорить о гендерной коммуникации и половой идентичности, потому что не существует...
анализ данных различных социологических исследований с целью решения собственных исследовательских задач, т.е. использование «чужих» исследований в собственных научно-исследовательских целях.
преувеличенный.
проблема объяснения социального изменения была основной для социологии XIX в. Такой интерес к ней был следствием (1) осознания радикальных социальных последствий индустриализации для европейских обществ и (2) понимания существования фундаментального разрыва между европейскими индустриальными обществами и так называемыми «примитивными обществами». Таким образом, теории социального изменения сосредоточивались на природе капиталистического или индустриального развития и видимом отсутствии социального развития в обществах, ставших частью европейских колониальных империй. Для этих теорий был характерен интерес к долговременному и крупномасштабному развитию (макроразвитию). Социологические теории изменения, в особенности XIX в., могут быть разделены на теории социальной эволюции и теории революции. Согласно первым, социальное изменение включает в себя основные стадии развития, такие, как «военное» или «индустриальное общество», посредством которых общество прогрессирует от простых, сельских, аграрных форм к более сложным, дифференцированным, индустриально-городским формам. Такого рода эволюции теория развивалась О. Контом, Г. Спенсером и Э. Дюркгеймом. Анализ социального изменения в рамках функционализма в некоторой степени остается зависимым от теории эволюции, поскольку изменение рассматривается как адаптация социальной системы к окружающей среде в процессе мыслительной дифференциации (mental differentiation) и увеличения структурной сложности. Теории революционного социального изменения, особенно основанные на Идеях К. Маркса, подчеркивают значение классового конфликта, политической борьбы и империализма как основных механизмов фундаментальных структурных изменений. Это различие между эволюционными и революционными теориями является фундаментальным аналитическим различием, вместе с тем теории социального изменения могут классифицировать и дальше на основании (1) уровня анализа («макро» или «микро»); (2) местоположения факторов, вызывающих изменение (внутренние или внешние по отношению к обществу, институту или социальной группе); (3) причины социального изменения (демографическое давление, классовый конфликт, изменения в способе производства, технологическая ин новация или развитие новых систем убеждений); (4) движущих сил (агентов) изменения (инновационные интеллектуальные элиты, девианты, рабочий класс); (5) характера социального изменения (постепенное распространение новых ценностей и институтов или полное разрушение социальной системы). Несмотря на то, что вопрос о долговременном структурном изменении все еще присутствует в современной социальной науке, считается, что общая теория изменения неизбежно является слишком неопределенной для того, чтобы способствовать объяснению исторического изменения. Социология ХХ в. тяготела в основном к среднего уровня теории, объясняющей развитие определенных институтов, социальных групп, культурных единиц или убеждений, а не трансформацию обществ в целом. Однако к концу столетия теории изменения на макроуровне или социетального изменения стали более популярными. К их числу относятся концепции постфордизма и постмодерна, пытавшиеся объяснить то что воспринималось как фундаментальные и систематические социальные изменения.