(от греч. psyche – душа) – вторичная личностная черта, которая характеризуется такими поведенческими признаками, как фантазия, богатство воображения, живость ассоциаций, оригинальность, негибкость, субъективизм, недостаток реалистичности, эгоцентризм, эгоизм, бесстрастие, неконтактность, плохое переключение, недостаточная точность движений, конфликтность, сильное внутреннее напряжение, неадекватность эмоциональных реакций. При этом на первый план выходит склонность к уединению и нечуткость к др. Термин введен Х. Айзенком.
Исследовались оценки содержания текстов с агрессивной тематикой у лиц с различным уровнем психотизма. По результатам опросника Г. Айзенка было выделено две группы испытуемых: 1) имеющие низкие асоциальные тенденции (низкий уровень психотизма) и 2) имеющие высокие асоциальные тенденции (высокий уровень психотизма). Тексты с описанием сцен насилия оценивались испытуемыми с помощью метода шкалирования эмотивных и активационных составляющих их содержания. Установлено различие в оценках текстов между выделенными группами испытуемых по шкалам, измеряющим чувства страха и отвращения. Испытуемые с высоким уровнем психотизма характеризовались более низкими оценками выраженности этих эмоций. Дополнительная обработка показала, что различия между группами по уровню страха и отвращения не зависели от других личностных особенностей (например, личностной тревожности и нейротизма). Результаты объясняются низкой способностью к сопереживанию у лиц с высоким уровнем психотизма.
Теория Грея является наиболее влиятельным в настоящее время нейрофизиологическим объяснением личности. Одним из наиболее спорных в этой теории является вопрос о соотношении чувствительности к награде, зависящей преимущественно от активности дофаминергических структур мозга, с личностными конструктами экстраверсии и психотизма. Часть исследователей, включая самого Грея, связывают повышенную активность дофаминергических структур с психотизмом, другие же считают, что она связана с экстраверсией. В настоящей работе высказано предположение, что повышенная активность дофаминергических структур, опосредующая активацию поведения, присуща как экстравертам, так и людям с высоким психотизмом, однако свойственные экстравертам положительная эмоциональность и общительность зависят от других мозговых механизмов, вероятно, от активности опиатной системы мозга. Это положение иллюстрируется в приведенных эмпирических исследованиях, которые показывают, что психометрические шкалы, разработанные для изм...
антиправовая, антидемократическая концепция и практика властвования насильственными средствами, осуществляемая единоличным правителем (тиран, самодержец, фюрер, вождь и т.п.) или правящей верхушкой. Для авторитаризма характерны монополизация власти в руках узкой касты, чрезмерная централизация управления, прямая опора на полицейский и военно-карательный аппарат, широкое применение жестких мер принуждения и наказания, террористические методы расправы с оппозицией. В условиях господства авторитаризма социальные конфликты, возникающие в обществе, подавляются насилием, в том числе вооруженным.
научный принцип, который требует максимально полного знания конфликтологом всего основного, что сделано по проблеме конфликта в той науке, которую он представляет. Контент-анализ списков литературы более 300 диссертаций показал, что авторы используют только 9,8 % публикаций, имевшихся по проблеме конфликта в своей науке. За последние 10 лет «индекс преемственности» конфликтологических исследований не увеличивается. Это приводит к дублированиям тем исследований, замедляет темпы развития науки (А. Я. Анцупов, С. Л. Прошанов, 2004). Важной стороной П. п. является необходимость знания российскими конфликтологами истории в первую очередь отечественной, а уж затем зарубежной конфликтологии. Нация, лишенная самобытности, не м. б. великой. Точно так же не м. б. не только великой, но даже самостоятельной наука, не знающая своей отечественной истории, заимствующая исходные принципы, основные теоретические концепции главным образом из работ западных конфликтологов. Копия всегда беднее оригинала. Западные теории конфликтов представляют для нас несомненную ценность. Однако не стоит рассчитывать на решение проблемы российских конфликтов на основе западных подходов. Характер социального взаимодействия у нас веками отличался от западного. Только в ХХ в. по масштабам разрушительных последствий конфликтов Россия в десяток раз превосходит среднее западное государство. Наши конфликты – др. по сравнению с западными. Для их объяснения нужны отечественные, а не западные теории. Кроме того, отечественный опыт практического регулирования реальных конфликтов насчитывает почти два тысячелетия. Он гораздо богаче аналогичного опыта любой европейской страны. Американский опыт последних двухсот лет успешнее нашего, но в десятки раз беднее его. Поэтому только на основе отечественных исследований можно дать работающие рекомендации по регулированию российских социальных конфликтов. Главным источником отечественных теорий конфликтов является опыт развития и регулирования последних в процессе всей истории существования России. На практике же российские конфликтологи высшей квалификации используют лишь одну десятую часть того, что сделано их предшественниками в той науке, которую они представляют. За последние 7 лет опубликовано не менее 40 книг, посвященных проблемам конфликта и конфликтологии. В большинстве из них история конфликтологии отождествляется с историей западной конфликтологии. Лишь в единичных работах делается попытка коснуться отдельных аспектов истории отечественных исследований проблемы конфликтов. При этом работы западных ученых мало кто читал, поскольку у нас они мало издаются. К публикациям отечественных авторов уже сложилось традиционное для гуманитариев отношение как к второсортным по сравнению с западной наукой. Следовательно, состояние преемственности конфликтологических исследований в России пока неудовлетворительно. Это вызывает необходимость придания преемственности статуса самостоятельного принципа отечественной конфликтологии.
