Барьер коммуникации
помехи, препятствующие контакту между коммуникатором и реципиентом. По характеру помех барьеры коммуникации разделяют на технические, психофизические, психические, семантические, социальные и культурные.
увлечение (вплоть до появления рабской зависимости) употреблением какого-либо вещества, обычно наркотического, считающееся физически или социально опасным. Один из исследовательских подходов к пристрастию сосредоточивается на (1) пристрастиях, связанных с преступным поведением (таким, как дорожные правонарушения); (2) социальном распределении пристрастий в соответствии с возрастом, классом и полом; (3) социальных и психологических источниках пристрастий (таких, как влияние родителей). Исследования, проводимые в рамках данного подхода, подчеркивают значение обучения пристрастию и наличия возможностей для аддиктивного поведения. Напротив, в рамках позитивистских подходов, принимающих позицию бихевиоризма, больше внимания уделяется физиологическим и психологическим факторам длительного пристрастия и вопросам возможного выздоровления (recovery). Третий подход к пристрастию основывается на символическом интеракционизме и сосредоточивается на (1) социальных процессах и социальном контексте, превращающих индивидов, например, в наркозависимых (drug users), принадлежащих к девиантной субкультуре; (2) процессах, поддерживающих пристрастие к наркотикам; (3) социальной реакции или «наклеивании ярлыка» социального девианта на наркозависимого индивида. При этом процесс превращения в наркозависимого рассматривается как своего рода «карьера» с выделением определенных стадий, в ходе которых индивид постепенно принимает стигматизирующий ярлык и начинает соответствовать этой новой идентичности. Таким образом, социология девиантности рассматривает «пристрастие» как ярлык, посредством которого правоохранительные органы и общественное мнение осуществляют социальный контроль над индивидами, считающимися опасными или антисоциальными. Кроме того, наблюдается медикализация поведения, вследствие которой понятие «пристрастие» распространяется на множество других видов деятельности, таких, как азартные игры. Гидденс (Giddens, 1992) рассматривает такое распространение как часть рефлексивного проекта самости. Лечение пристрастия заключается либо в некоторой форме «терапии отвращения» ('aversion therapy'), при которой употребление наркотических веществ начинает ассоциироваться с неприятными ощущениями, либо в программе обучения сокращению и отказу от пристрастия посредством участия в таких добровольных организациях, как «Анонимные алкоголики». Тем не менее, доля излечившихся вследствие применения первого или второго метода является небольшой, и пристрастие представляет собой постоянную проблему.
Формирование данного явления можно представить следующей схемой:
пристрастие к наркотикам формируется...
, например, специфических черт личности или какого-либо внешнего фактора;
с наибольшей вероятностью пристрастие...
средств не проявится, то у человека не пробудится жажда наркотиков, то, скорее всего, наркотическое пристрастие
По материалам французского журнала "Экспресс". Автор реферата С.А.Гудимова
В данной статье вы рассмотрите специфику действия опиоидных анальгетиков, а также механизмы возникновения зависимости от опиоидных анальгетиков.
помехи, препятствующие контакту между коммуникатором и реципиентом. По характеру помех барьеры коммуникации разделяют на технические, психофизические, психические, семантические, социальные и культурные.
период человеческого стада.
социальная, экономическая и политическая структура, наиболее развитая форма которой существовала в северной Франции в XII и XIII вв. Феодализм обычно представляет собой некий ярлык, применяемый также в отношении Японии и других частей Европы, где встречались феодальные черты. Считается, что эта система существовала в Европе в течение пятисот лет, называемых Средневековьем. Точное определение феодализма невозможно вследствие разнообразия его проявлений и того факта, что ни одна из этих форм не оставалась неизменной в течение пятисотлетнего феодального периода в Европе. Дж. Проер и Ш.Н. Эйзенштадт (Prawer and Eisenstadt, 1968) перечисляют пять общих черт, характерных для большинства развитых феодальных обществ: (1) вассальные отношения (вассалитет); (2) персонализированное правление, эффективное главным образом на местном, а не национальном уровне; для такого правления было характерно относительно незначительное разделение функций; (3) землевладение, основанное на жаловании феодов (земельных владений) в обмен на службу, главным образом, военную; (4) существование личных армий; (5) права землевладельцев на крестьян, являющихся крепостными. Такого рода политическая система, децентрализованная и зависящая от иерархической сети личных связей среди дворянства, несмотря на формальный принцип единой линии власти, восходящей к королю, обеспечивала возможность коллективной обороны и поддержание порядка. Экономической основой феодализма была поместная организация производства и зависимое крестьянство, предоставлявшее излишки, необходимые землевладельцам для осуществления их политических функций. Социологическое изучение феодализма осуществлялось в нескольких направлениях. М. Вебер (Weber, 1922) интересовался его политическим и военным устройством, в особенности социально-экономической структурой, необходимой для содержания феодальной кавалерии. Вебер противопоставлял феод (наследуемое, традиционное право на землю) и бенефиций (право, которое не может наследоваться) с целью обозначить существование значительного различия между феодализмом и пребендализмом. Он различал несколько типов феодализма. В Японии даймё были патримониальными правителями, которые не владели феодом, а находились на службе у императора. В условиях исламского феодализма землевладельцы обладали территориальными правами, но феодальная идеология отсутствовала; землевладельцы существовали на основе откупа (tax farming). Сущность этих разнообразных моделей феодализма заключалась в природе правления: децентрализованное господство местных землевладельцев, которым внушалось чувство долга и преданности по отношению к правителю. К. Маркс и Ф. Энгельс лишь слегка касались в своих работах докапиталистических способов производства, однако в 1970-е гг. некоторые марксистские социологи стали интересоваться феодальным способом производства. В отличие от капитализма, при котором рабочие полностью лишены какого-либо контроля над средствами производства, феодализм предоставлял крестьянам возможность эффективного владения некоторыми из этих средств (хотя это не было их законным правом). Классовая борьба между землевладельцами и крестьянами велась в отношении величины производительных единиц, предоставляемых арендаторам, условий аренды и контроля над существенными средствами производства, такими, как пастбища, дренажные системы и мельницы. Таким образом, в рамках этих более поздних марксистских подходов, утверждалось, что, поскольку крестьянин-арендатор обладает некоторой степенью контроля над производством посредством, например, обычного права, для обеспечения контроля землевладельцев над крестьянством необходимы «внеэкономические условия». Этими условиями являются в основном формы политического и идеологического контроля. Таким образом, феодальный способ производства — это способ, обеспечивающий присвоение прибавочного труда в форме ренты. Феодальная рента может принимать различные формы — ренты натурой, деньгами или трудом. В соответствии с этими различиями в ренте могут различаться и формы феодального способа производства. Например, рента в форме труда требует особого типа трудового процесса, представляющего собой сочетание независимого производства арендаторов и производства, осуществляемого ими в поместье землевладельца под его наблюдением или под наблюдением его управляющего. Переход от феодализма к капитализму является, с этой точки зрения, результатом продолжительной борьбы относительно характера и степени присвоения в форме ренты. Однако существуют и другие теории такого перехода: приоритет причинности может отдаваться отношениям обмена, рынкам, производственным отношениям и производительным силам, а также культурным факторам.