человек, склонный к рискованным действиям с целью наживы.
Кроме того, в сфере малого бизнеса намного больше риск столкнуться с аферистами, особенно когда речь
Статья посвящена изучению интересного феномена в истории Великой Отечественной войны участию мошенника в боевых действиях. Примером для изучения была избрана военная биография Николая Лиджиновича Иванова, который в личных корыстных целях подделывал разного рода документы и предоставлял сильно приукрашенную информацию о себе и своей деятельности. В результате этого он смог обмануть всех военнослужащих, с которыми служил и сражался бок о бок и которым даже в голову не могла прийти возможность такого обмана от товарища по оружию. В 1934 г. Н. Л. Иванов подделал документы о получении высшего образования и высшей вневойсковой подготовки, благодаря чему смог получить хорошую работу в довоенной Калмыкии: начальника районного отдела НКВД, завуча школы. В 1941 г. эта ложь позволила ему получить первое офицерское звание младшего лейтенанта, хотя ранее он никогда не служил в армии. Далее он продемонстрировал впечатляющую карьеру: за 4 месяца прошел путь от командира взвода до комиссара полка, ...
Однако затем, узнав, что Гэтсби всего лишь аферист, она испугалась....
Несмотря на баснословное богатство, для истинных богачей Гэтсби все равно останется простым аферистом
В научной статье автор обращается к исследованию дактилоскопической диагностики. Проанализированы основные задачи, с которыми приходится сталкиваться экспертам в дерматоглифике и дактилоскопии и которые могут решаться в отношении различных категорий преступников террористов, профессиональных аферистов, мошенников и пр.
(от лат. anticipatio — предвосхищение) — способность системы в той или иной форме предвидеть развитие событий, явлений, результатов действий. В конфликтологии А. проявляется, во-первых, в способности участников конфликта предвидеть возможный ход его развития и последствия борьбы для себя.
научный принцип, который требует максимально полного знания конфликтологом всего основного, что сделано по проблеме конфликта в той науке, которую он представляет. Контент-анализ списков литературы более 300 диссертаций показал, что авторы используют только 9,8 % публикаций, имевшихся по проблеме конфликта в своей науке. За последние 10 лет «индекс преемственности» конфликтологических исследований не увеличивается. Это приводит к дублированиям тем исследований, замедляет темпы развития науки (А. Я. Анцупов, С. Л. Прошанов, 2004). Важной стороной П. п. является необходимость знания российскими конфликтологами истории в первую очередь отечественной, а уж затем зарубежной конфликтологии. Нация, лишенная самобытности, не м. б. великой. Точно так же не м. б. не только великой, но даже самостоятельной наука, не знающая своей отечественной истории, заимствующая исходные принципы, основные теоретические концепции главным образом из работ западных конфликтологов. Копия всегда беднее оригинала. Западные теории конфликтов представляют для нас несомненную ценность. Однако не стоит рассчитывать на решение проблемы российских конфликтов на основе западных подходов. Характер социального взаимодействия у нас веками отличался от западного. Только в ХХ в. по масштабам разрушительных последствий конфликтов Россия в десяток раз превосходит среднее западное государство. Наши конфликты – др. по сравнению с западными. Для их объяснения нужны отечественные, а не западные теории. Кроме того, отечественный опыт практического регулирования реальных конфликтов насчитывает почти два тысячелетия. Он гораздо богаче аналогичного опыта любой европейской страны. Американский опыт последних двухсот лет успешнее нашего, но в десятки раз беднее его. Поэтому только на основе отечественных исследований можно дать работающие рекомендации по регулированию российских социальных конфликтов. Главным источником отечественных теорий конфликтов является опыт развития и регулирования последних в процессе всей истории существования России. На практике же российские конфликтологи высшей квалификации используют лишь одну десятую часть того, что сделано их предшественниками в той науке, которую они представляют. За последние 7 лет опубликовано не менее 40 книг, посвященных проблемам конфликта и конфликтологии. В большинстве из них история конфликтологии отождествляется с историей западной конфликтологии. Лишь в единичных работах делается попытка коснуться отдельных аспектов истории отечественных исследований проблемы конфликтов. При этом работы западных ученых мало кто читал, поскольку у нас они мало издаются. К публикациям отечественных авторов уже сложилось традиционное для гуманитариев отношение как к второсортным по сравнению с западной наукой. Следовательно, состояние преемственности конфликтологических исследований в России пока неудовлетворительно. Это вызывает необходимость придания преемственности статуса самостоятельного принципа отечественной конфликтологии.
стратегия, предусматривающая выход из конфликта.
