Самоубийство

основная социологическая традиция анализа самоубийства берет начало в теории Э. Дюркгейма, согласно которой уровни самоубийств и различные типы социального контекста связаны между собой. С этой точки зрения, самоубийства связаны с уровнем социальной интеграции: усиление дезинтеграции ведет к росту числа самоубийств. Социологи унаследовали и другие черты дюркгеймовского анализа самоубийства: (1) интерес к общим уровням самоубийств, а не к индивидуальным актам и мотивам; (2) позитивистский подход, связывающий уровни самоубийств с «объективными» внешними переменными; (3) использование правительственной статистики в качестве источника данных. М.Хальбвакс (Halbwachs, 1930) пришел к выводу о том, что анализ Дюркгейма может быть упрощен и сведен к идее прямой связи между социальной сложностью и уровнями самоубийств, о чем свидетельствует тот факт, что уровень самоубийств ниже в сельской местности, где жизненные стили проще, чем в городах. Современные теории обычно предполагают, что причиной самоубийства являются быстрые изменения социально-экономического статуса, хотя в отличие от Дюркгейма они ссылаются на различные психологические факторы при объяснении того, почему в этих условиях лишь некоторые индивиды совершают самоубийство. Не связанные с дюркгеймовской традицией «экологические» концепции, такие, как концепция Р. Кавана (Cavan, 1928), также сосредоточиваются на социальной дезорганизации, которая определяется с точки зрения популяционных переменных, таких, как высокие уровни социальной мобильности и социальной сложности, ослабляющие влияние социальных ценностей на индивидов. Разрушительная критика, которой подверг социологические теории Дж. Дуглас (Douglas, 1967), указывает на то, что существующие концепции безосновательны и ошибочны. Дуглас показывает, что официальная статистика является крайне неточной, подтверждая теории дезинтеграции только благодаря определенному систематическому смещению: самоубийства регистрируются в городах с большей точностью по сравнению с сельской местностью; высоко интегрированным группам в большей степени, чем слабо интегрированным, свойственно скрывать случаи самоубийства, указывая при регистрации другие причины смерти; медицинская компетентность тех, кто занимается учетом и классификацией смертных случаев с официальными целями, изменчива, можно предположить, что она растет по мере модернизации (и усложнения) обществ. Таким образом, дюркгеймовская и экологические теории всего лишь некритически воспроизводят искажения, присущие официальной статистике. Современные теории также неверны, поскольку они приписывают самоубийствам социальные смыслы (такие, как «эгоистические» или «аномические» действия), основанные лишь на непроверенных суждениях с точки зрения здравого смысла, и игнорируют настоящий смысл самоубийства для тех, кто его совершает. По мнению Дугласа, конкретные социальные действия, подобные самоубийству, не могут объясняться абстрактными социальными смыслами, например, ценностями, благоприятствующими самоубийству.