(1) общие принципы. В Англии и Уэльсе официальная статистика, используемая для оценки уровня преступности, основывается на сведениях полиции о тех правонарушениях, которые подлежат обязательной регистрации. Фактически это правонарушения, при которых подозреваемый имеет право на судебное разбирательство с участием присяжных заседателей, в чем и состоит различие между более серьезными и менее серьезными преступлениями. На практике большинство ре шений британских судов выносится в связи с дорожными нарушениями, не вляющими на оценку уровня преступности, поскольку они не подлежат регистрации за исключением случаев опасного вождения, автомобильных краж и незаконного использования транспортных средств. Криминальная статистика не отражает также и те правонарушения, которые подлежат регистрации, однако остаются не известными полиции, или те, которые полиция предпочитает не регистрировать. Ежегодный прирост
зарегистрированных преступлений в период между 1970 и 1992 гг. составлял в среднем около 5%, а число преступлений на 100 человек населения возросло с 4 до 10. При этом в период между 1981 и 1991 гг. зарегистрированная преступность выросла вдвое, что вероятно отчасти отражает реальный рост числа преступлений, а отчасти — увеличение масштабов их регистрации. Однако в конце 1990-х гг. наблюдалось снижение уровня зарегистрированной преступности. Общепризнанно, что вся криминальная статистика, включая подлежащие и не подлежащие регистрации
преступления, преступления, по которым было выдвинуто обвинение, и преступления, по которым суды вынесли обвинительные приговоры, ненадежна как показатель реального уровня преступности по ряду причин. Во-первых, известные полиции преступления составляют малую часть (возможно, всего лишь одну четверть) всех преступлений. Преступления, не известные полиции, составляют так называемую темную цифру: в полицию не сообщают о многих мелких правонарушениях, не заявляют также о части более серьезных
преступлений, таких, как мошенничество (fraud), вымогательство (blackmail), инцест и изнасилование. Во вторых, криминальная статистика может отражать предвзятость полиции (в частности, ее снисходительность по
отношению к женщинам, белым и членам среднего класса), а также изменения в общественном мнении
относительно конкретных видов преступности, таких, как хулиганство (mugging). В-третьих, объем и структура
криминальной статистики определяются также эффективностью, размерами и способом организации по лицейских подразделений. В-четвертых, очевидно, что уровень преступности определяется изменениями в
области права: например, после Второй мировой войны перестали считаться преступлениями попытки
самоубийства или гомосексуальная связь между взрослыми по обоюдному согласию. В-пятых, существует
судебная предвзятость, проявляющаяся в различном отношении к лицам, обвиняемым в совершении
преступления. В результате социологи склонны рассматривать криминальную статистику не как данные о
реальной преступности, а как свидетельство изменений в судебной практике, практике правоохранительных
органов и в общественном мнении; они пытаются выйти за пределы статистики, с тем чтобы достичь
понимания тех социальных процессов, которые определяют сбор и классификацию статистических данных.
Для того чтобы получить более точное представление о реальной, а не регистрируемой преступности,
многие страны в 1960-70-е гг. стали проводить специальные обследования населения. В ходе
крупномасштабных национальных опросов респондентам задавался вопрос о том, были ли они жертвой каких либо преступлений. Британские обследования (правительство страны провело первый такой опрос в 1982 г.)
показали, что в полицию сообщается об одном из четырех случаев вандализма, об одном из трех преступлений
против личности (assaults) и о девяти из десяти краж со взломом (burglaries), повлекших за собой нанесение ущерба. Многие
преступления, о которых заявляют жертвы, не регистрируются полицией или не относятся ею к
соответствующей категории. Полученные в ходе обследований данные говорят о том, что в сведениях,
представляемых полицией, отражаются лишь 30% преступлений, упоминаемых жертвами. Проведение
обследований не означает создания «истинной» картины преступности: обследования не охватывают жертв
корпоративной преступности; респонденты, вероятно, умалчивают о правонарушениях, связанных с употреб лением наркотиков, алкоголя или совершенных в ситуации сексуальной связи при обоюдном согласии
партнеров; существуют также очевидные проблемы фабрикации и достоверности воспоминаний жертв о
случившемся. (2) Современные тенденции. На смену долгосрочному росту зарегистрированной преступности на
протяжении 1980-х гг., когда наблюдалось постепенное увеличение числа преступлений, и в начале 1990-х,
когда это увеличение было более резким, в конце 1990-х гг. пришла противоположная тенденция. В 1995-1997
гг. наблюдалось снижение уровня преступности, и это касалось почти всех видов правонарушений. Этот спад
составлял по данным полиции 12%, тогда как данные британских обследований преступности свиде тельствовали о снижении на 15%. Например, число краж со взломом сократилось на 7%, число насильственных
преступлений (violence) — на 17%, а краж транспортных средств — на 25%. Несмотря на это улучшение
ситуации число преступлений в Англии и Уэльсе, по данным британских обследований, выросло с 1981 г. на
49%.
Наиболее часто совершаемыми преступлениями являются кражи различных видов (примерно 62% всех
преступлений, зафиксированных обследованием в Англии и Уэльсе в 1997 г.). Гораздо меньшую часть (21%)
составляют преступления, определяемые как насильственные, из них большинство представляют собой
преступления против личности (common assault) с нанесением минимальных телесных повреждений (14%),
только 4% связаны с нанесением тяжких телесных повреждений, таких, как ранение, и 2% составляют
хулиганские действия. Наиболее часто население сталкивается с таким видом преступности, как кража вещей
из автомобиля. В 1997 г. жертвами такого рода преступлений стали 10,2% домохозяйств, имеющих автомобили.
В этом же году против 5,6% домохозяйств были совершены кражи со взломом (включая попытки).
Среди жертв насильственных преступлений непропорционально широко представлены определенные
категории населения, наиболее заметной из них являются мужчины в возрасте от 16 до 24 лет. В то время как
эта категория составляла лишь 5% выборочной совокупности при проведении британских обследований
преступности, против нее было совершено 25% всех насильственных преступлений. Молодые женщины такого
же возраста составляли 7% выборки, при этом против них было совершено только 7% всех насильственных
преступлений. Риск стать жертвой кражи со взломом также распределяется неравномерно. Так, жители «внутреннего
города» составляют 8,5% жертв этого вида преступности, а проживающие в сельской местности только 3,4%.
Кражи со взломом — более распространенное явление в районах муниципальной собственности, районах с
высоким уровнем дезорганизации (с точки зрения воспринимаемых уровней вандализма, распространенности
граффити, мусора, грязи и пр.), а также на северо-востоке; они менее распространены в сельской местности,
районах немуниципальной собственности, городах с низким уровнем физической дезорганизации и в
восточных регионах. Например, 8,3% жертв краж со взломом составили жители графств Йоркшир и
Хамберсайд, а 4,3% — Уэльса.
В заключение необходимо отметить, что несмотря на значительные изменения в тенденциях преступности в период 1995-1997 гг., общая динамика послевоенной преступности в Англии и Уэльсе имела восходящий
характер. Риск стать жертвой преступления неравномерно распределен в обществе с точки зрения класса, пола,
возраста и региона. В большей степени подвергаются такому риску люди, проживающие в районах с наименее
высоким уровнем материальных благ.
разными науками: уголовной статистикой, криминологией, науками уголовного права, криминалистикой и криминальной... Психологические особенности личности преступников, криминальных групп, их криминальной деятельности нельзя... Для криминальной психологии важной задачей является прогнозирование развития криминальной ситуации в... Основные задачи криминальной психологии
К основным задачам криминальной психологии относятся:
исследование... Базовые принципы криминальной психологии
Замечание 1
Основные принципы криминальной психологии
Теневой сектор включает в себя более серьезные формы деятельности, это серая и криминальная экономика... Экономисты выделяют следующие формы теневой экономики:
Беловоротничковая,
Серая,
Криминальная.... Данные по операциям не учитываются официальной статистикой.... Свои средства и капитал представители серой экономики выводят за рамки официальной статистики.... Отдельно выделяют криминальную экономику.
социологи в известной мере пренебрегали анализом времени, несмотря на то, что они внесли значительный вклад в анализ пространства своими исследованиями в области социологии города и регионализма. Э. Дюрк гейм (Durkheim, 1912) при анализе феномена классификации в своей социологии религии рассматривал время как коллективное представление. Время, с его точки зрения, это не априорная, а социальная категория. Сходными исследова ниями по антропологии времени занимались такие ученые, как М. Мосс, изучавший эскимосское общество (Mauss, 1906), и
Э.Э. Эванс-Причард, анализировавший культуру африканской народности нуэр (Evans-Pritchard, 1940). Антропологи исследовали кросс-культурные вариации в методах, с помощью которых общества измеряют последовательность и продолжительность. В традиционных обществах время измерялось повторением религиозных событий или праздников в рамках священного календаря; в обществах современных время измеряется чередой единиц в линейном понимании. Точность при измерении дифференцированных единиц времени или представление о длительном периоде редко встречаются в традиционных обществах. В китайской и арабской цивилизациях использовались водные и солнечные часы. В Китае с помощью водных часов регулировали орошение и подачу воды. Арабские солнечные часы использовались для упорядочения ежедневных молитв мусульман. Точное представление о времени имеет существенное значение для функционирования городской цивилизации. Например, исследование протестантских сект М. Вебера (Weber, 1930) показало, что точный расчет времени был фундаментальной чертой организации труда при капитализме. К середине XIX в. изготовление дешевых часов для массового рынка сделало точную регуляцию индивидуальных жизненных стилей общей чертой индустриального общества. Пренебрежение временным измерением социальных отношений является серьезным упущением, поскольку, как подчеркивает Э.Гидденс в своей концепции пространственно-временной дистанциации (Giddens, 1984), социальное
действие простирается как в пространственном, так и во временном измерении. Единое понимание времени имеет важное значение для социальной организации, если предполагается, что индивиды должны упорядочивать свою жизнь для достижения коллективных целей. Например, пунктуальность в отношении работы является необходимым условием функционирования современных социальных институтов. Организация времени требует общепринятых единиц измерения, основанных либо на природных циклах (таких, как циклы Луны), либо на человеческих мерах (таких, как неделя). В своем эссе «Время» Н. Элиас (Elias, 1984) утверждал, что коллективное представление о времени является чертой цивилизационного процесса, в ходе которого индивиды учатся контролировать и направлять свою жизнь в соответствии с личным представлением о существующих ограничениях. В рамках анализа времени и пространства предпринимались эмпирические исследования ограничений индивидуального и коллективного поведения в бюджетах времени и пространства в течение определенного периода времени (день, неделя
или год). Времени бюджет — это последовательная запись видов деятельности, которыми индивид занимается в тот или иной промежуток времени, как правило, в течение дня. Анализ времени и пространства использовался при изучении процессов распространения инноваций, технологии, институтов или эпидемий. Методика составления бюджета времени способствует также пониманию распределения обязанностей и ответственности внутри домашнего хозяйства.
под собственностью в социологии обычно понимается совокупность прав как на неодушевленные объекты (земля, дома и т.д.), так и на одушевленные (животные, люди). Эти права социально детерминированы и поэтому изменяются от одного общества к другому, а также в пределах какого либо общества с течением времени. Права собственности подразумевают социальные отношения между людьми, поскольку (1) они определяют, кто имеет санкционированный доступ к этим объектам, а кто лишен этого доступа; (2) обладание собственностью может наделять собственников властью над Другими людьми; и (3) в некоторых обществах люди сами являются объектами собственности (как в рабовладельческих обществах и фактически в тех феодальных обществах, где сельскохозяйственные работники были крепостными крестьянами и в качестве
таковых были подчинены воле помещика и могли передаваться от феодала к феодалу вместе с землей). Социологические концепции собственности сосредоточиваются на следующих моментах: (1) приобретение — каким образом индивиды или коллективы получают доступ к собственности; (2) распределение — образцы владения собственностью и контроля над ней; принципы, лежащие в их основе, и институты (включая право), поддерживающие образцы распределения; (3) последствия отношений собственности для индивидов и социальных структур; (4) социальные ценности или идеологии, обосновывающие права собственности. В капиталистических обществах права собственности редко включают права на людей. Основными правами, связанными с собственностью, являются права контроля, извлечения выгоды и распоряжения
собственностью на исключительной основе. Исторически собственность была главным образом частной и лич ной, и все права собственности принадлежали индивидам (за исключением тех случаев, когда право распоряжения ограничивалось правовым механизмом майората), хотя корпоративные институты, такие, как церковь или коллегиальные органы, обладали коллективными правами собственности. С середины XIX в.
основные изменения в этой области были связаны с ростом корпоративной собственности наряду с развитием акционерных компаний, находящихся во владении ряда индивидуальных акционеров, но юридически рассматривающихся как единые образования со своим собственным корпоративным лицом. В условиях развитого капитализма производительная собственность (собственность, играющая экономическую роль) становится все более корпоративной и безличной по мере того, как экономическая деятельность сосредоточивается в крупных корпорациях, приходящих на смену индивидуальным предпринимателям и се мейным фирмам. В последнее время социологи сосредоточивались на таких темах, как домашнее владение, интеллектуальная собственность и наследование. В первом случае предметом исследований было растущее влияние домашнего
владения в Британии на образцы голосования, участие в жизни общины (территориального сообщества) и установки в отношении домашней жизни.
социальная, экономическая и политическая структура, наиболее развитая форма которой существовала в северной Франции в XII и XIII вв. Феодализм обычно представляет собой некий ярлык, применяемый также в отношении Японии и других частей Европы, где встречались феодальные черты. Считается, что эта система существовала в Европе в течение пятисот лет, называемых Средневековьем. Точное определение феодализма невозможно вследствие разнообразия его проявлений и того факта, что ни одна из этих форм не оставалась неизменной в течение пятисотлетнего феодального периода в Европе. Дж. Проер и Ш.Н. Эйзенштадт (Prawer and Eisenstadt, 1968) перечисляют пять общих черт, характерных для
большинства развитых феодальных обществ: (1) вассальные отношения (вассалитет); (2) персонализированное
правление, эффективное главным образом на местном, а не национальном уровне; для такого правления было
характерно относительно незначительное разделение функций; (3) землевладение, основанное на жаловании
феодов (земельных владений) в обмен на службу, главным образом, военную; (4) существование личных армий;
(5) права землевладельцев на крестьян, являющихся крепостными. Такого рода политическая система,
децентрализованная и зависящая от иерархической сети личных связей среди дворянства, несмотря на
формальный принцип единой линии власти, восходящей к королю, обеспечивала возможность коллективной
обороны и поддержание порядка. Экономической основой феодализма была поместная организация
производства и зависимое крестьянство, предоставлявшее излишки, необходимые землевладельцам для
осуществления их политических функций.
Социологическое изучение феодализма осуществлялось в нескольких направлениях. М. Вебер (Weber, 1922)
интересовался его политическим и военным устройством, в особенности социально-экономической структурой,
необходимой для содержания феодальной кавалерии. Вебер противопоставлял феод (наследуемое,
традиционное право на землю) и бенефиций (право, которое не может наследоваться) с целью обозначить
существование значительного различия между феодализмом и пребендализмом. Он различал несколько типов
феодализма. В Японии даймё были патримониальными правителями, которые не владели феодом, а находились
на службе у императора. В условиях исламского феодализма землевладельцы обладали территориальными
правами, но феодальная идеология отсутствовала; землевладельцы существовали на основе откупа (tax
farming). Сущность этих разнообразных моделей феодализма заключалась в природе правления:
децентрализованное господство местных землевладельцев, которым внушалось чувство долга и преданности по
отношению к правителю.
К. Маркс и Ф. Энгельс лишь слегка касались в своих работах докапиталистических способов производства,
однако в 1970-е гг. некоторые марксистские социологи стали интересоваться феодальным способом
производства. В отличие от капитализма, при котором рабочие полностью лишены какого-либо контроля над
средствами производства, феодализм предоставлял крестьянам возможность эффективного владения
некоторыми из этих средств (хотя это не было их законным правом). Классовая борьба между
землевладельцами и крестьянами велась в отношении величины производительных единиц, предоставляемых
арендаторам, условий аренды и контроля над существенными средствами производства, такими, как пастбища,
дренажные системы и мельницы. Таким образом, в рамках этих более поздних марксистских подходов,
утверждалось, что, поскольку крестьянин-арендатор обладает некоторой степенью контроля над производством
посредством, например, обычного права, для обеспечения контроля землевладельцев над крестьянством
необходимы «внеэкономические условия». Этими условиями являются в основном формы политического и
идеологического контроля. Таким образом, феодальный способ производства — это способ, обеспечивающий присвоение прибавочного труда в форме ренты. Феодальная рента может принимать различные формы —
ренты натурой, деньгами или трудом. В соответствии с этими различиями в ренте могут различаться и формы
феодального способа производства. Например, рента в форме труда требует особого типа трудового процесса,
представляющего собой сочетание независимого производства арендаторов и производства, осуществляемого
ими в поместье землевладельца под его наблюдением или под наблюдением его управляющего. Переход от
феодализма к капитализму является, с этой точки зрения, результатом продолжительной борьбы относительно
характера и степени присвоения в форме ренты. Однако существуют и другие теории такого перехода:
приоритет причинности может отдаваться отношениям обмена, рынкам, производственным отношениям и
производительным силам, а также культурным факторам.
