в социологической теории распространенными концептуальными средствами являются пространственные метафоры и образы. Дихотомия «центр/периферия» используется в социологии следующим образом. (1) Э. Шилз (Shils, 1975) утверждает, что ядром (core) общества является центральная система ценностей, имеющая сакральный характер и представляющая собой фундаментальный источник авторитета,
легитимирующий распределение состояний, вознаграждений и ролей в социальной системе. В то время как различные социальные элиты в основном располагаются в центре, другие социальные группы располагаются на периферии. По мере совершенствования средств коммуникации в ходе индустриализации центр расширяется, и ранее периферийные группы во все большей степени включаются в центральную систему ценностей и подчиняются ее авторитету. Таким образом, возникновение современного государства является условием расширения центра, создания национальной идентичности и прав гражданства. Однако растущая сложность современного общества и дифференциация социальных ролей означают, что консенсус в отношении центральных ценностей всегда является неполным и проблематичным. Несмотря на то, что теория Шилза разрабатывалась в рамках функционалистской социологии, его идея центра и периферии сходна с марксистским понятием идеологии.
(2) В теории развития, предложенной марксистскими социологами, такими, как А. Франк (Frank, 1969), понятие центра относится не к центральной системе ценностей, а к средоточию экономической власти в глобальной организации производства и распределения. В рамках этой теории глобальная экономика рассматривается с точки зрения иерархии экономических центров, которые с помощью военных, политических
и коммерческих средств извлекают экономический излишек из подчиненных периферийных экономик и регионов. Таким образом, это различение индустриализованного центра и зависимо развивающейся периферии составляет часть более общей теории империализма. Полагается, что отсталость периферийных экономик является следствием не бедности их ресурсов, безграмотности населения, традиционализма или политической
нестабильности, а зависимости от различных центральных экономик. Зависимое развитие периферии является, с этой точки зрения, ценой индустриального развития центра. Схема «центр/периферия» может использоваться также для описания региональных различий в пределах какой-либо одной страны. Например, периферийные регионы Британии находятся под контролем экономической власти центра, то есть юго-востока страны. В настоящее время на смену идее центра и периферии пришли анализ глобализации и мировой системы теория.
Центр и периферия мирового хозяйства
Далеко не все государства (а их 251 на 2017 год) в равной мере вовлекаются... и периферия:
Центр включает в себя в основном промышленно развитые государства с эффективным, в разной... Постоянное превосходство центра над периферией обеспечено непрекращающейся инновационной деятельностью... Эти отрасли постепенно вытесняются на ближнюю периферию, а затем на дальнюю периферию.... Посредством контрастов "центр - периферия" появляются импульсы к возникновению и воспроизводству неравенств
В статье рассматриваются проблемы, связанные с государством, экономикой, культурой, политикой. Отмечается, что в процессе глобализации меняется и наука, образовательная система в мировом масштабе. Создается полярность, в которой одна половина это периферия, другая центр. К проблемам образования и воспитания человека в духе, соответствующем отношению государства и мировой системы не следует относиться с безразличием, если люди стремятся к достойному существованию в рамках мирового масштаба.
Эти страны находились между индустриальным центром мира, в котором уже завершился процесс модернизации... традиционных основ жизни общества, и аграрной периферией — странами и народов колоний, в которых эти... Особенности развития центра и периферии цивилизации
Исследователи представляют мировую индустриальную... цивилизацию в виде нескольких концентрических кругов:
индустриальные и индустриально-аграрные страны (центр... индустриальных (центра мировой цивилизации) и индустриально-аграрных стадиально.
В своей статье автор проводит параллель между некоторыми теориями глобализации, которые затушевывают неизбежность неравномерного развития регионов мира и российским нарративом, легитимирующим углубление такого диспропорционального развития внутри страны. Непропорциональная доля роста столицы-центра по сравнению с иными регионами должна быть либо как-то объяснена населению, либо скрыта. В результате аргументы, сложившиеся для объяснения неравномерного развития мира, используются во внутрироссийских дискуссиях. На материале публикаций 2010-2012 годов автор показывает, как темой неравномерности развития проникнуты дискуссии в онлайн-медиа и социальных сетях, соединяясь с вековыми сетованиями о культурном расколе страны. Обсуждение политических нюансов отношения центра и регионов содержит элементы неолиберальной логики — обвинение жертв структурных противоречий в их собственных проблемах.
приспособление носителя (коллектива носителей) этнической культу ры и этнического языка к условиям иной социальной, этнической,
культурной и языковой среды, обычно при смене места проживания.
Имеет следствием развитие индивидуального и (или) коллективного
билингвизма, смену языка, смену или формирование двойного куль турно-языкового сознания, усвоение новых навыков поведения, в том
числе речевого. Соотв. различают языковую, социальную, культурную (то же, что и аккультурация) адаптацию, в зависимости от того, на ка ком именно из аспектов изменения сознания и поведения индивида
(коллектива) ставится смысловой акцент. Напр., адаптация русских
эмигрантов к условиям новой страны проживания.
помехи, препятствующие контакту между коммуникатором и реципиентом. По характеру помех барьеры коммуникации разделяют на технические, психофизические, психические, семантические, социальные и культурные.
идея об ответственности всей социальной или
этнической группы за преступления ее отдельных представителей. Принцип коллективной
ответственности неоднократно применялся в тоталитарных государствах и приводил к
массовым репрессиям против невинных людей. В то же время философская мысль ХХ века
неоднократно поднимала вопрос о моральной ответственности всего народа за злодеяния,
совершенные его политическими лидерами или частью населения страны. На этот
мучительный и неоднозначный вопрос не было найдено единого ответа.