Справочник от Автор24
Политология

Конспект лекции
«Актуальные проблемы национальной безопасности (Часть 1)»

Справочник / Лекторий Справочник / Лекционные и методические материалы по политологии / Актуальные проблемы национальной безопасности (Часть 1)

Выбери формат для чтения

doc

Конспект лекции по дисциплине «Актуальные проблемы национальной безопасности (Часть 1)», doc

Файл загружается

Файл загружается

Благодарим за ожидание, осталось немного.

Конспект лекции по дисциплине «Актуальные проблемы национальной безопасности (Часть 1)». doc

txt

Конспект лекции по дисциплине «Актуальные проблемы национальной безопасности (Часть 1)», текстовый формат

АКАДЕМИЯ ФЕДЕРАЛЬНОЙ СЛУЖБЫ ОХРАНЫ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ А. В. Тарасов АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ национальной безопасности Курс лекций В двух частях Часть 1 Орёл 2015 УДК 351.746 ББК 67.401.132 Т19-1 Тарасов, А. В. Т19-1 Актуальные проблемы национальной безопасности : курс лекций. В 2 ч. Ч. 1 / А. В. Тарасов. – Орёл : Академия ФСО России, 2015. – 86 с. Курс лекций разработан в соответствии с программами учебных дисциплин «Основы теории национальной безопасности» и «Актуальные проблемы национальной безопасности» и предназначен для оказания помощи в овладении данными учебными дисциплинами курсантам (слушателям) юридического факультета Академии Федеральной службы охраны Российской Федерации. Курс лекций может быть полезен всем интересующимся общетеоретическими вопросами организации и функционирования системы обеспечения национальной безопасности, а также актуальными проблемами обеспечения национальной безопасности на современном этапе. При составлении курса лекций использованы нормативные правовые акты по состоянию на 01.07.2015 г. Обсужден и рекомендован к изданию на заседании кафедры, протокол № 7 от 20.07.2015 г. УДК 351.746 ББК 67.401.132 © Академия ФСО России, 2015 ОГЛАВЛЕНИЕ ПРЕДИСЛОВИЕ 4 ПЕРЕЧЕНЬ СОКРАЩЕНИЙ 6 Тема 1. Сфера и предмет национальной безопасности 7 1.1. Общая характеристика актуальных проблем национальной безопасности 7 1.2. Генезис термина «национальная безопасность» и современный понятийный аппарат 11 1.3. Методология исследования национальной безопасности 15 1.4. Основные теории безопасности 19 Тема 2. АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ ФОРМИРОВАНИЯ НАЦИОНАЛЬНЫХ ИНТЕРЕСОВ 22 2.1. Национальные интересы и ценности 22 2.2. Угрозы национальной безопасности 26 2.3. Актуальные проблемы реализации приоритетов устойчивого развития России 28 Тема 3. ГЕОПОЛИТИКА И ГЛОБАЛИЗАЦИЯ КАК ДЕТЕРМИНАНТЫ НАЦИОНАЛЬНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ 41 3.1. Глобализация, ее содержание и значение для построения эффективной системы национальной безопасности 41 3.2. Сущность геополитического подхода к анализу условий обеспечения национальной безопасности 48 3.3. Актуальные проблемы выстраивания геостратегии Российской Федерации в условиях глобализации 52 Тема 4. ОБЕСПЕЧЕНИЕ НАЦИОНАЛЬНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ В ЗАРУБЕЖНЫХ СТРАНАХ 61 4.1. Подходы к обеспечению национальной безопасности в США 61 4.2. Подходы основных европейских стран к обеспечению национальной безопасности 65 4.3. Обеспечение безопасности в государствах Ближнего и Среднего Востока 70 4.4. Подходы стран Восточной Азии к обеспечению национальной безопасности (на примере Китая) 75 Заключение 80 БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК 82 ПРЕДИСЛОВИЕ Учебная дисциплина «Актуальные проблемы национальной безопасности» является составной частью профессиональной подготовки курсантов (слушателей) Академии ФСО России по специальности «Юриспруденция». Знание правовых и общетеоретических основ организации системы национальной безопасности, а также актуальных проблем и особенностей обеспечения национальной безопасности в различных сферах необходимо для формирования общей и профессиональной эрудиции у курсантов (слушателей) Академии ФСО России и в дальнейшем будет способствовать успешному становлению их как профессионалов в практических подразделениях ФСО России. «Актуальные проблемы национальной безопасности» относятся к категории дисциплин специализации и преподаются только на юридическом факультете Академии ФСО России, поэтому специальной учебной литературы по предмету очень мало. Данный курс лекций, помимо актуальных проблем национальной безопасности, содержит в себе в концентрированном виде мате- риал по общетеоретическим вопросам обеспечения национальной безопас-ности. Такая структура курса лекций является оптимальной, поскольку по- зволяет при изучении учебной дисциплины не прибегать к поиску дополнительной информации. В то же время по ряду тем курса рекомендуется изучить специальные нормативные правовые акты, регламентирующие различные аспекты национальной безопасности на современном этапе развития Рос- сийской Федерации. Предмет учебной дисциплины «Актуальные проблемы национальной безопасности» тесно связан с предметом учебных дисциплин «Теория государства и права», «Конституционное право России», «История государства и права России», «Административное право», «Правовое регулирование государственной охраны», «Уголовное право», «Политология» и др., поэтому при усвоении материала данного курса необходимо воспроизвести в памяти то, что изучалось в рамках названных учебных дисциплин. При изучении актуальных проблем национальной безопасности обучающиеся должны учесть следующее: 1. С 2008 г. по настоящее время на федеральном уровне было принято более 30 стратегических и доктринальных нормативных правовых актов по различным сферам национальной безопасности. Все они образуют официально признанную систему стратегических приоритетов, целей и мер в обла- сти внутренней и внешней политики, определяющих состояние национальной безопасности и уровень устойчивого развития государства на долгосрочную перспективу. 2. Важным для понимания вопросов национальной безопасности является то, что среди критериев оценки уровня национальной безопасности впервые не только получили закрепление, но и обозначены в качестве приоритетных социально-экономические, а не военные аспекты. 3. Поскольку предметная область, изучаемая учебной дисциплиной «Актуальные проблемы национальной безопасности», до сегодняшнего дня остается в высокой степени дискуссионной, то необходимо помнить, что авторы различных учебников, учебных пособий и публикаций могут по-разному подходить к раскрытию всевозможных причинно-следственных связей между происходящими в современном мире событиями исходя из своей приверженности к какой-либо концепции. 4. При изучении учебной литературы следует иметь в виду, что ссылки авторов учебников на те или иные нормативные правовые акты в настоящее время могут быть не актуальны в связи с тем, что нормативно-правовая база, регламентирующая вопросы национальной безопасности, за последние годы претерпела существенные изменения и реформирование продолжается. Поэтому необходимо пользоваться информационно-справочными системами «Гарант», «Консультант +», чтобы отслеживать возможные изменения в нормативно-правовой базе. ПЕРЕЧЕНЬ СОКРАЩЕНИЙ БРИК − экономический блок государств, включающий Бразилию, Россию, Индию и Китай ВВП − валовой внутренний продукт ВМС НОАК − военно-морские силы Народно-освободительной армии Китая КПК − Коммунистическая партия Китая МАГАТЭ − Международное агентство по атомной энергетике при ООН МВФ − Международный валютный фонд ОДКБ − Организация Договора о коллективной безопасности ОПЕК − Организация стран − экспортеров нефти ОЭСР − Организация экономического сотрудничества и развития СМИ − средства массовой информации ТНК − транснациональная компания Тема 1. СФЕРА И ПРЕДМЕТ НАЦИОНАЛЬНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ 1.1. Общая характеристика актуальных проблем национальной безопасности После окончания эры биполярной конфронтации возобладали две взаимоисключающие тенденции. Первая тенденция проявляется в укреплении экономических и политических позиций значительного числа государств и их интеграционных объединений, в совершенствовании механизмов многостороннего управления международными процессами. При этом все большую роль играют экономические, политические, научно-технические, экологические и информационные факторы. Россия поддерживает данную тенденцию и способствует формированию идеологии становления многополярного мира на этой основе. Вторая тенденция проявляется через попытки создания структуры международных отношений, основанной на доминировании в международном сообществе развитых западных стран при лидерстве США и рассчитанной на односторонние, прежде всего военно-силовые, решения ключевых проблем мировой политики в обход основополагающих норм международного права (примером тому являются отношения Израиля и Палестины; НАТО и Югославии; США и Ирака и др.). Россия − одна из крупнейших стран мира с многовековой историей и богатыми культурными традициями. Несмотря на сложную международную обстановку и трудности внутреннего характера, она в силу значительного экономического, научно-технического и военного потенциала, уникального стратегического положения на Евразийском континенте объективно продолжает играть важную роль в мировых процессах. Это в свою очередь обусловливает ее вовлеченность в процесс обеспечения глобальной безопасности с позиций отстаивания национальных интересов, что нередко приводит к конфронтации с другими участниками международных отношений, чьи национальные интересы расходятся с российскими. В последнее время активизируются усилия ряда государств, направленные на ослабление позиций России в политической, экономической, военной и других областях. Попытки игнорировать интересы России при решении крупных проблем международных отношений, включая конфликтные ситуации, способны подорвать международную безопасность и стабильность, затормозить происходящие позитивные изменения в международных отношениях. Обеспечение безопасности, равно как и защита конституционного строя, прав и свобод человека и гражданина, является неотъемлемой частью деятельности государства и согласно ст. 71 Конституции РФ находится в исключительном ведении Российской Федерации. С 1997 г. стал использоваться термин «национальная безопасность Российской Федерации», под которым понимается безопасность ее многонационального народа как носителя суверенитета и единственного источника власти в Российской Федерации. Данный термин, заимствованный у западных стран, первоначально вызвал немало споров в силу смыслового различия, вкладываемого в определение «национальный», и многонациональности нашего государства. Однако впоследствии упомянутый термин прочно вошел в научный оборот, что представляется вполне обоснованным в условиях осознания обществом роли и места России в современном мире. Последнее десятилетие XX в. бесспорно ассоциируется с изменением многополярного мира на однополярный, при этом процессы построения структур мировой безопасности в Российском государстве привели к появлению ряда стратегических проблем. Во-первых, существенно изменились условия обеспечения безопасности Российской Федерации в экономической сфере, являющейся базовой в этом процессе. В связи с переходом к рыночным отношениям в экономике появилось множество юридических лиц – производителей и потребителей, в т. ч. и зарубежных. Постепенно доля отечественного рынка продукции как сельскохозяйственного, так и промышленного производства снижалась и достигла критической точки − менее 20 %. Происходящие в стране в 90-е гг. экономические процессы привели к значительному расслоению населения страны на бедных и богатых, при этом удельный вес богатых граждан составлял 4 %, среднеобеспеченных – 16 %, а малообеспеченных и бедных 80 %. Такое соотношение естественно не могло привести к миру и согласию в нашем обществе и способно было в любой момент спровоцировать «социальный взрыв». Во-вторых, в создавшихся условиях резко возросла необходимость повышения эффективности обеспечения безопасности России в информационной сфере. Одним из товаров, пользующимся как на Западе, так и на Востоке большим спросом, стала информация о си- стеме безопасности России. Появилась реальная опасность расхищения этого ресурса за счет снижения возможностей государства по контролю за информационными потоками. Коммуникационные и компьютерные технологии, которые способствуют законному развитию безопасности государства, используются преступными группами для совершения серьезных уголовных преступлений. Ущерб, причиняемый современными компьютерными вирусами, оценивается в миллиарды долларов. Легкость, с которой правонарушители могут действовать через национальные границы, и сложность борьбы с такими преступлениями выводят киберпреступность в разряд серьезных глобальных проблем безопасности. В-третьих, увеличение доли военно-промышленного ресурса в потенциале современных государств усилило стремление военно-политического руководства этих стран добиться превосходства в этой области над своими геостратегическими противниками. По признанию мировых экспертов, эти и другие факты положили начало созданию нового класса средств межгосударственной борьбы, цель которой − захват и удержание единоличного всестороннего превосходства США над миром. Завоевание такого превосходства по планам аналитиков предшествует непосредственному началу военных действий и позволяет достичь стратегических преимуществ. В настоящее время США и их союзниками осуществляется информационно-психологическое и программно-математическое воздействие на информационный ресурс потенциального противника, в т. ч. на Россию. Содержание такого воздействия составляют массированные, групповые и одиночные программные удары, специаль-ные операции и систематические действия по выявлению данных о наиболее важных объектах информационного ресурса противника, заблаговременному установлению скрытого контроля над ним, а также информационно-психологические воздействия на сознание народа другого государства. При осуществлении специального воздействия на сферу духовной, информационной и социальной безопасности государства могут решаться следующие глобальные задачи: дезорганизация си- стемы государственного управления; подрыв экономического потенциала; разложение общества; уничтожение национальных интересов и ценностей; скрытая экономическая и демографическая экспансия; ведение разведки и др. В-четвертых, цель блоковой стратегии «мирового сообщества» во главе с США – обеспечить содержание «золотого миллиарда» на достигнутом высоком уровне потребления. Разрушение СССР в 1991 г. способствовало осуществлению этих планов. В настоящее время в мировом сообществе культивируется мнение, будто бы Советский Союз исчерпал возможности для дальнейшего развития и закономерно перестал существовать в качестве великой державы. После разрушения СССР этот тезис был распространен на Российскую Федерацию. В сознании человечества создается миф о том, что дальнейшее территориальное дробление России – необходимость и благо не только для ее народов, но и для всего мира. В общественное сознание внедряются «приоритеты» коренных народов, легализуются идеи «национального самоопределения» и главенства местных законов, повышения экономической самостоятельности регионов, разделения полномочий центра и субъектов Российской Федерации. В-пятых, важным обстоятельством актуальности проблемы обеспечения безопасности Российской Федерации является факт существования реальной угрозы потери суверенитета и территориальной целостности государства через духовно-нравственное и интеллектуальное разложение общества. Мировая практика показывает, что поражение в политической, экономической и военной областях не является окончательным, если не сломлен духовно-нравственный и культурный потенциал народов России. Поэтому сегодня делается все, чтобы лишить население страны (прежде всего молодое поколение) исторической памяти, воспитать у русских людей как государствообразующей нации (82 % от населения России) сознание неполноценности и необходимости идти на поводу у США в уготовленное для них «стойло». Одной из составных частей этого процесса является информация. Для негативного информационно-психологического воздействия на сознание русской нации используются все доступные средства: телевидение, радио, художественная литература, учебники, периодические издания, религиозные секты, кино, компьютеры и т. п. Причем спектр направленности действия их распространяется от порнографии до зомбирования сознания людей. Таким образом, традиционное понимание опасности или угроз для общества и государства в военной сфере сегодня не ограничи- вается лишь физическим уничтожением нации в ходе военных операций, поскольку существует множество других не менее эффективных средств устранения стран, являющихся политическими противниками. Исходя из вышеизложенного предметом курса является совокупность теоретико-правовых моделей, позволяющих обеспечить реализацию основных потребностей личности, общества и государства, а также их безопасность от внутренних и внешних угроз. 1.2. Генезис термина «национальная безопасность» и современный понятийный аппарат Многообразие областей человеческой деятельности, в которой возникают опасности, а также существенные различия в причинах, их порождающих, вызывают необходимость очень разных по своему содержанию специальных исследований, позволяющих вырабатывать соответствующие меры безопасности. Мировая история и практика показывают, что некоторые из этих исследований имеют многовековую историю, другие были начаты в XVIII−XIX вв., третьи − в ХХ в. и главным образом в его второй половине. В глубокой древности понимание безопасности человеком не выходило за рамки обыденного представления и трактовалось им как отсутствие для него опасности или зла. В таком житейском значении термин «безопасность» употреблялся, например, древнегреческим философом Платоном. В средние века, согласно словарю Робера, под безопасностью уже понимали спокойное состояние духа человека, считавшего себя защищенным от любой опасности. Однако в этом значении данный термин не вошел прочно в лексику народов Европы и до XVII в. использовался редко. Широкое же распространение в научных и политических кругах западно-европейских государств понятие «безопасность» приобретает благодаря философским концепциям Т. Гоббса, Д. Локка, Ж.-Ж. Руссо, Б. Спинозы и других мыслителей XVII−XVIII вв., означая состояние, ситуацию спокойствия, появляющуюся в резуль- тате отсутствия реальной опасности (как физической, так и моральной). Именно в этот период учеными предпринимались первые попытки теоретической разработки этого понятия. Наиболее интересной представляется версия, предложенная Зонненфельсом, считавшим, что безопасность – это такое состояние, при котором никому нечего опасаться. Для конкретного человека такое положение предполагало частную, личную безопасность, а состояние государства, при котором нечего опасаться, составляло общественную безопасность. По мере развития понятийного аппарата теории безопасности совершенствуется и содержание наук, занимающихся проблемой обеспечения безопасности как человека, так и общества и государства. Например, одной из самых древних наук, исследующих опасности, грозящие здоровью человека, и вырабатывающих меры борьбы с его болезнями, является медицина. В связи с дальнейшим расширением природохозяйственной деятельности человека, необходимостью более точного предвидения природных катаклизмов и уменьшения возникающих при этом опасностей получили развитие сейсмология, вулканология, метеорология, океанология, а затем радиология, теория радиационной безопасности и ряд других аналогичных наук. В последние годы все большее внимание уделяется экологии, которая выявляет опасности, проистекающие из все более интенсивного воздействия человека на природу. «...В нашей стране, − по заключению А. Малыгина, − как до, так и после революции, в силу особенностей исторического развития общества и власти, термин «государственная безопасность» понимался гораздо шире – как безопасность общества»1. Во времена СССР термин «государственная безопасность» был введен в нашей стране в 1934 г. при образовании в составе НКВД Главного управления государственной безопасности, которому были переданы функции ОГПУ при ликвидации последнего. Следует отметить, что термин «государственная безопасность» в известной мере отражал официальную точку зрения военно-политического руковод- ства страны о приоритете интересов государства диктатуры пролетариата перед интересами общества в целом и интересами личности («общество для государства»). А в 1936 г. термин «государственная безопасность» уже был официально включен в текст Конститу- ции СССР (п. «и» ст. 14 гл. 2) и начал употребляться в документах и актах органов Советского государства, в советской правовой литературе. Сами же представления о безопасности носили весьма ограниченный характер. Главным объектом политики безопасности выступала безопасность государства, под которой на практике в конечном счете подразумевалась безопасность политического режима и господствующего положения высшей партгосноменклатуры. Не случайно в общественном сознании российского общества в период демократизации (1989–1993) сложилось отношение к государственной безопасности как к чему-то такому, что противостоит обществу, человеку, личности и от чего необходимо отказаться, если стремиться к демократическому развитию страны. Подобный подход отчетливо проявился в годы перестройки, когда в стране развернулась широкая критика органов государственной безопасности, которая подчас сопровождалась их дискредитацией. При этом постепенно стал развиваться и другой процесс – переосмысление самой природы безопасности и практической политики в этой сфере. В результате границы понимания безопасности существенно расширились. Так, если ранее безопасность, за редким исключе- нием, рассматривалась только применительно к государству, затем и к обществу, то сегодня чаще всего безопасность рассматривается в отношении триединства – личности, общества, государства. При этом акценты делаются не на сами субъекты и объекты, а на их жизненно важные интересы, в чем, несомненно, проявляется влияние западных научных подходов в этой области. Одновременно с общественно-политическими дискуссиями в нашей стране шла выработка официальной государственной концепции безопасности. Официальный подход властей к проблемам безопасности России был представлен в Послании Президента России Федеральному Собранию Российской Федерации «О национальной безопасности» (июль 1996 г.) и в Концепции национальной безопасности Российской Федерации, утвержденной Указом Президента Российской Федерации в декабре 1997 г. и затем уточненной в 2000 г. Появление этих государственных нормативных правовых документов знаменует завершение важного этапа в формировании и развитии теории и политики безопасности в России. Их содержание позволяет судить о характере официальной политики безопасности с точки зрения условий для развития гражданского общества в России 1. С момента принятия Концепции национальной безопасности и закона РФ «О безопасности» произошло существенное расширение представлений о безопасности как в отношении объектов посягательства, так и в отношении источников опасности. Эта динамика потребовала дальнейшего правового развития института национальной безопасности, в результате чего в 2009 г. была принята «Стратегия национальной безопасности Российской Федерации до 2020 года», а годом позже и Федеральный закон «О безопасности», которые положили начало новому этапу в развитии вопросов национальной безопасности. Названные нормативные правовые акты закрепляют основной понятийный аппарат, ключевыми терминами которого являются следующие: национальная безопасность – состояние защищенности личности, общества и государства от внутренних и внешних угроз, которое позволяет обеспечить конституционные права, свободы, достойные качество и уровень жизни граждан, суверенитет, территориальную целостность и устойчивое развитие Российской Федерации, оборону и безопасность государства; национальные интересы Российской Федерации – совокупность внутренних и внешних потребностей государства в обеспечении защищенности и устойчивого развития личности, общества и государства; угроза национальной безопасности – прямая или косвенная возможность нанесения ущерба конституционным правам, свободам, достойным качеству и уровню жизни граждан, суверенитету и территориальной целостности, устойчивому развитию Российской Федерации, обороне и безопасности государства; стратегические национальные приоритеты – важнейшие направления обеспечения национальной безопасности, по которым реализуются конституционные права и свободы граждан Российской Федерации, осуществляются устойчивое социально-экономическое развитие и охрана суверенитета страны, ее независимости и территориальной целостности; система обеспечения национальной безопасности – силы и средства обеспечения национальной безопасности; силы обеспечения национальной безопасности – Вооруженные Силы Российской Федерации, другие войска, воинские формирования и органы, в которых федеральным законодательством предусмотрена военная и (или) правоохранительная служба, а также федеральные органы государственной власти, принимающие участие в обеспечении национальной безопасности государства на основании законодательства Российской Федерации; средства обеспечения национальной безопасности – технологии, а также технические, программные, лингвистические, правовые, организационные средства, включая телекоммуникационные каналы, используемые в системе обеспечения национальной безопасности для сбора, формирования, обработки, передачи или приема информации о состоянии национальной безопасности и мерах по ее укреплению. 1.3. Методология исследования национальной безопасности Общетеоретические вопросы и актуальные проблемы национальной безопасности рассматриваются с использованием разных методов изучения соответствующих явлений и процессов. Исторический метод издавна применяется во всех общественных науках. Он требует изучения всех явлений жизни в последовательном временном развитии, выявлении связи прошлого, настоящего и будущего. Этот метод – один из важнейших. Безопасность не существует сама по себе, изолированно от общей человеческой жизнедеятельности. Она тесно связана со всеми сторонами жизни общества, главной задачей которого является самосохранение и развитие. Развитие предполагает увеличение возможностей и ресурсов человека, общества и государства в различных сферах бытия. Оно обеспечивается правовыми, политическими, экономическими и другими средствами. Развитие и безопасность – это две стороны общего процесса жизни общества. Еще в Древнем Риме четко выделялись эти две основные функции человека и общества. Более того, Цицерон на первое место выдвигал проблему безопасности. Он говорил, что «прежде всего каждому виду живых существ природа даровала стремление защищаться, защищать свою жизнь... избегать всего того, что кажется вредоносным, и приобретать, и добывать себе все необходимое для жизни»1. Общество придумало когда-то само государство как форму своей организации с главной целью – обеспечить свою безопасность. Поэтому современный подход к безопасности как защите интересов людей и общества имеет давнюю историю. Отсутствие безопасности личности и собственности равносильно отсутствию всякой связи между человеческими усилиями и достижением целей, для которых они делаются. Иными словами, без обеспечения безопасности всякая человеческая деятельность оказывается бесцельной. Безопасность − сложнейшее многогранное социально-полити-ческое явление. Оно объективно имеет конкретно-исторический характер и тесно связано со всеми формами и направлениями взаимодействия в системе природа – человек – общество. Достаточно наглядно исторический метод прослеживается в 1.2, где рассматривался генезис понятия «национальная безопасность». Метод системного анализа в исследованиях безопасности помогает установить всеобщие взаимосвязи и взаимозависимости в развитии безопасности в различных сферах общественной жизни в разные временные периоды, конкретные связи социальной системы на- циональной безопасности с более высокими или более низкими уровнями систем безопасности. Системный анализ опирается на прикладные математические дисциплины, метод экспертных оценок, метод критического пути и т. п. Техническая основа системного анализа – современные вычислительные машины и информационные системы. Системный анализ часто путают с системным подходом. Системный подход – принцип исследования безопасности. Он отражает естественное стремление исследователя увязать в систему известные и новые факты и закономерности. Все виды и сферы безопасности характеризуются как целостные системы, состоящие из определенного комплекса взаимосвязанных элементов, которые можно вычленять и анализировать. Так, национальная безопасность включает в себя следующие подсистемы: национальная оборона, государственная и общественная безопасность, информационная безопасность, экономическая безопасность, экологическая безопасность, безопасность в социальной сфере, в сфере культуры и т. д. Среди методов, используемых при исследованиях парадигмы национальной безопасности, особое место занимает сравнительный анализ. Принцип сравнения присущ любому политологическому исследованию. Именно на основе сравнительного подхода Платон, Аристотель, Полибий, Ш.-Л. Монтескье, М. Вебер, Т. Мор, Дж. Локк, И. Андреевский строили свои типологии государственного правления и политических систем. В исследованиях безопасности обычно сравниваются три типа политической организации российского общества – самодержавный, социалистический и либерально-демократический – по уровню и форме структурной специализации системы обеспечения безопасности нации. Во всех политических системах осуществляются одни и те же функции, хотя они реали-зуются по-разному, имеют различную направленность (особенно в отношении жизненно важных интересов личности). Главной проблемой использования метода сравнительного анализа в исследованиях безопасности является выбор параметров сравнения. В науке о безопасности положение исследователя несколько иное, чем, например, в химии и физике, где сравнение величин можно производить в лабораторных условиях. Такое невозможно при исследовании социальных и политических процессов. Здесь сравнение можно производить лишь умозрительно, косвенно. Сравнительное исследование видов и сфер безопасности базируется на фундаментальном методологическом допущении, что человеческое поведение представляет собой постоянную величину, что оно будет одинаковым в равнозначных обстоятельствах, независимо от места и времени. В центре научного исследования находятся структуры, процессы, функции разных политических режимов (систем) в различных национально-культурных и исторических условиях, их специфические особенности, отличия и точки соприкосновения. Обычно в качестве объекта исследования берут политическую систему общества в целом. Предметными сторонами в сравнительном анализе выступают государственные институты, законодательные органы, партии и партийные системы, избирательные системы, механизмы политической социализации, меры государства и общества по со- зданию безопасных условий жизнедеятельности граждан и т. д. Среди методов сбора первичной информации о защищенности нации от внешних и внутренних угроз особое место занимает анализ документов. Он может быть основным или дополнительным методом сбора первичной информации. Наиболее важно правильное определение круга документов, которые могут послужить источником информации о мнениях людей, фактах, формирующих их; причинах реализации того или иного управленческого решения; состоянии защищенности жизненно важных интересов личности и общества в той или иной сфере безопасности; целях той или иной деятельности; интересах различных социальных групп населения страны; масштабе и направленности воздействия на безопасность различных угроз; направленности (положительной или отрицательной) факторов безопасности. И чем значительнее проблема, информация о которой добывается, тем больше число документов, по которым ее можно получить. Если говорить об анализе безопасности личности, то здесь в первую очередь такими документами являются Конституция Российской Федерации (Основной закон), законы России, постановления Правительства Российской Федерации и правительств субъектов Российской Федерации, международные акты, ратифицированные Россией, статистические данные страны и многие другие документы, регламентирующие права, свободы, обязанности граждан в государстве, деятельность органов и сил обеспечения безопасности. Особое значение имеет анализ государственных целевых комплексных программ по обеспечению безопасности в различных сферах жизнедеятельности и на различных уровнях обеспечения безопасности. В качестве метода сбора информации о безопасности личности, общества и государства широко используется выборочный опрос общественного мнения. Социологические опросы населения позволяют получить такую информацию об объекте исследования и его предметных сторонах, которую не в состоянии дать анализ статистической информации и документов. Сложность применения социологических опросов связана с определением репрезентативности (показательности) выборки. Расчет выборки производится с помощью вероятностных методов, а также по методу квот. Наиболее широко отечественными исследователями безопасности применяется метод опроса экспертов с целью определения количественных и качественных показателей национальной безопасности России. Он позволяет произвести верификацию данных об объекте исследования и весьма эффективен как качественный метод сбора содержательной информации по различным проблемам безопасности. Опрос экспертов особенно продуктивен, если необходимо оценить и проанализировать скрытые от внешнего наблюдения явления и тенденции социальной жизни. Этот метод используется при анализе внешнеполитической безопасности, когда возникают объективные трудности в применении методов социологического опроса и наблюдения. При экспертном опросе возникают трудности при оценке уровня компетентности экспертов, объективности их суждений (проб- лема качества отбора экспертов). Критерием отбора экспертов может служить «пороговый уровень компетентности», который зависит от стажа деятельности эксперта в оцениваемой сфере безопасности. В исследованиях сфер безопасности широко используется метод наблюдения. Наблюдать «вообще» довольно легко, но сложно вводить результаты наблюдения в научное исследование. Научное наблюдение требует систематического фиксирования результатов наблюдения, определения числа наблюдений и величины временного интервала для «включения» наблюдения. В политических исследованиях безопасности метод наблюдения обычно используется только в сочетании с другими способами сбора информации, в строгом соответствии с теоретико-методоло-гической программой исследования. Таким образом, научное исследование безопасности должно строиться на вполне определенных методологических принципах, среди которых системный подход к явлениям общественной жизни, диалектическая взаимообусловленность социальных явлений, социологическая целостность мира, необходимость знания о предметных сторонах объекта исследования, последовательность использования методов добывания знания, сочетание количественных и качественных методов исследования. 1.4. Основные теории безопасности Традиционный подход к международной безопасности, известный как реализм, долгое время в науке оставался основным. Реализм можно рассматривать в качестве теории международной политики. Классический реализм возник в конце 40-х гг. ХХ в., когда международные отношения начали изучать в рамках универси- тетских программ. Именно тогда при принятии политических решений стали использовать термин «национальные интересы». Руковод- ствуясь собственными интересами, государства часто принимают  решения, исходя из того, как лучше обеспечить свою безопасность. В первые годы существования теории реализма появились другие важные термины, например «дилемма безопасности», которая означает дилемму, возникающую, когда одно государство усиливает свою безопасность за счет другого. Ей была противопоставлена, по крайней мере, в теории, концепция равновесия сил, ставшая доминирующей стратегией в годы холодной войны. Вторая парадигма безопасности, возникшая в 60-х гг. ХХ в., известна как плюрализм. Из названия этой теории следует, что ее сторонники признавали существование на международной арене помимо государств множества влиятельных субъектов. По мнению многих ученых, в международных отношениях нельзя больше исходить из того, что все происходящее в мире обусловлено равновесием сил между государствами. Например, ООН и ее различные программы начали оказывать влияние на политику в области региональ- ной и международной безопасности, иногда противоречащей национальной безопасности. В дебатах о безопасности зазвучали аргу- менты, связанные с моральными ценностями, при этом плюралисты отмечали аморальность ряда стратегий, в основе которых лежат национальные интересы. Третья парадигма глобальной безопасности возникла на базе идей марксизма, повлиявших на изучение проблем глобальной безопасности в 70-х гг. ХХ в. Сторонники марксизма рассматривали экономические интересы и стремление контролировать полезные ресурсы в качестве двигателей международной политики и отношений в области безопасности. Очевидно, что в ходе многочисленных вооруженных конфликтов во всем мире ценные ресурсы нередко обмениваются на оружие, которое поставляется в зоны конфликтов. С точки зрения марксизма, обеспечение глобальной безопасности часто представляет собой процесс эксплуатации слабых государств сильными. В 90-е гг. ХХ в., сразу после падения Берлинской стены и окончания холодной войны, возникла четвертая теория − социальный конструктивизм. Сторонники этой парадигмы выступали за более практичный, или осмысленный, подход к исследованиям в области международных отношений и безопасности. Например, складывалось впечатление, что многие страны отказываются от соб- ственных национальных интересов, предпочитая более широкое использование региональных подходов к безопасности. В то время как все большее количество стран выступало за коллективный подход, сторонники этой парадигмы начали ставить вопрос о самой природе безопасности в мире. В условиях существования этих четырех основных парадигм усиление критики в отношении исследований проблем международной безопасности привело к расширению и углублению толкования понятия «безопасность». Процесс расширения начался в 90-е гг. ХХ в., когда было признано, что кроме угрозы военных столкновений между конфликтующими государствами, существуют и другие опасности. Сторонники классического реализма, а также многие государства-члены ООН, сочли это ошибкой. Они опасались, что охват исследованиями в области безопасности иных проблем выхолостит важный анализ военных угроз. У них были основания так полагать, поскольку для 90-х гг. характерны ожесточенные военные конфликты и коллективное насилие. Тем не менее в 90-х гг. появились и другие проблемы, такие как глобальное потепление, распространение ВИЧ, «война за ресурсы», «валютные войны», «информационные войны». Большинство из названных проблем и сегодня не имеют регулирования в международно-правовом поле, что приводит к злоупотреблениям со стороны некоторых государств, использующих эти средства в качестве инструмента недобросовестной конкуренции. Тема 2. АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ ФОРМИРОВАНИЯ НАЦИОНАЛЬНЫХ ИНТЕРЕСОВ 2.1. Национальные интересы и ценности Стратегия национальной безопасности РФ до 2020 года определяет понятие «национальные интересы» как совокупность внутренних и внешних потребностей государства в обеспечении защищенности и устойчивого прогресса личности, общества и государства. Принципиальным в данном определении является то, что потребности государства связаны с обеспечением развития. В толковом словаре русского языка слово «развитие» означает процесс закономерного изменения, перехода из одного состояния в другое, более совершенное; переход от старого качественного состояния к новому, от простого к сложному, от низшего к высшему. Развитие общества происходит за счет качественного изменения его состава, т. е. отдельных индивидов-личностей. В свою очередь, общество, перешедшее на новый уровень развития, обязательно формулирует и предъявляет новый запрос на изменение политической организации жизни в этом обществе, отражающей его (обще-ства) потребности на данном этапе развития, что является сущ- ностью государства. Государству необходимо опираться на общест- венное согласие и поддержку большей части общества. В этом плане никто еще не придумал ничего лучше, чем удовлетворение общест- венных запросов, обусловленных интересами данного общества (в 1917 г. поддержкой армии хотели заручиться все, но только боль-шевики, обещавшие и заключившие Брестский мир и отпустившие крестьян домой делить землю, эту поддержку на деле получили, потому что в итоге удовлетворили интересы крестьянства, складывающиеся из индивидуальных интересов отдельных крестьян-собственников). Таким образом, основным элементом прогресса выступает развивающаяся личность, которую побуждает определенный личный интерес. Потребности и интересы лежат в основе всей целенаправленной человеческой деятельности. Потребности – это нужда в чем-либо необходимом для поддержания жизнедеятельности организма индивида, социальной группы, общества; это внутренний побудитель активности. Они подразделяются на биологические, свойственные как животным, так и человеку, и социальные, свойственные только человеку, носящие исторический характер и подверженные значительному влиянию экономики, культуры, идеологии. Потребности и интересы – понятия не тождественные, но и те и другие общим основанием имеют объективный характер. Потребность выражает отношение любого субъекта жизнедеятельности к необходимым условиям своего бытия, поскольку без удовлетворения базовых потребностей невозможно существование ни биологического, ни социального организма. Удовлетворение ряда непосредственных потребностей людей в жилье, пище, одежде и другом обеспечивает их физическое существование, однако основная часть потребностей современного человека связана с его социальными функциями, а не физиологическими нуждами. Духовные потребности социальному человеку – личности − так же необходимы, как и продукты питания. Потребности выражают взаимосвязь субъекта и условий его жизнедеятельности и тем самым обнаруживают себя в неосознанных влечениях и вполне осознанных мотивах поведения. Подлинной реальной причиной и движущей силой социального развития являются интересы. Интересы – это осознанные потребности, сознательно сформированные обществом, социальными группами, индивидами. Отличие интереса от потребности можно понять на таком примере: необходимость питаться является жизненной потребностью человека, но питаться только здоровой пищей – это уже интерес, поскольку он сознательно сформирован тем или иным человеком в целях укрепления, по его мнению, здоровья и продления жизни. Интересы обладают всеми чертами потребностей, но усилены особенностями индивидуального и общественного сознания, мировоззрения, психологического состояния, культурного развития и других качеств человека, поэтому интересы, в отличие от обычных потребностей, обладают той действенной и реальной мощью. Интересы как потребности органически присущи всем людям, лишить человека интереса нельзя, без интереса невозможна никакая деятельность людей. Интересы могут быть классифицированы следующим образом: по степени общности – индивидуальные (личные), групповые, корпоративные, общественные (общие), национальные и общечеловеческие; по субъектам (носителям интересов) – личности, общества, региона, государства, коалиции государств, мирового сообщества; по степени социальной значимости – жизненно важные, важные, маловажные; по сферам жизнедеятельности – в экономи-ческой, внешнеполитической, внутриполитической, социальной, духовно-культурной, международной, оборонной, информационной и т. д.; по продолжительности действия – постоянные, долгосрочные, кратковременные; по характеру взаимодействия – совпадающие, параллельные, расходящиеся, конфронтационные (встречные). Еще Наполеон говорил: «Есть два рычага, которыми можно двигать людей, – страх и личный интерес»1. К сожалению, начиная с Ивана Грозного и до сих пор задачи развития и безопасности страны решаются традиционным методом опоры на страх. Чтобы изменить эту печальную тенденцию, надо осознать важность интересов и целенаправленно формировать их в обществе. Ведь сегодня основным инструментом формирования интересов являются СМИ, которые посредством рекламы формируют из нас общество потребителей западного образца. Формирование интереса – это целенаправленная деятельность по созданию интереса определенного содержания у различных субъектов. Проводить реформы и управлять процессом коренных преобразований, обеспечить динамичное развитие общества можно только через учет и управление различными интересами. В целом процесс формирования интересов представляет систему со своими структурными и функциональными компонентами. Основными структурными компонентами этой системы выступают субъект, объект, среда формирования. Функциональными компонентами являются ценности, доминирующие в обществе, потребности, знания (информация), методы и принципы формирования интересов, а также профессионализм людей, участвующих в процессе формирования жизненно важных интересов личности, общества и государства. Источником интереса всегда является потребность людей в чем-либо, так как потребности людей развиваются быстрее объективных возможностей их удовлетворения. Следовательно, при формировании интересов очень важно еще в раннем возрасте воспитывать культуру потребления, развивать в человеке разумные потребности, помочь ему осознать их в условиях реальной жизни. Сформированный личный интерес начинает проявляться в поступках, делах человека. Содержательная сторона интересов личности определяется не только состоянием окружающей среды, но и нравственной позицией личности, уровнем ее социальной ответственности, мерой зрелости человека как гражданина, уровнем его сознательности, которые формируются в рамках системы ценностей, принятых в данном обществе. В интересах подлинной социальной стабильности официальная система ценностей должна максимально отражать систему ценностей, установившуюся в обществе. Однако политическая практика свидетельствует, что политическая элита, приходящая к власти, как правило, стремится законодательно закрепить ту систему ценностей, которую она исповедует и которая, по ее мнению, способна обеспечить ее устойчивое властное положение. Изменение геополитической и исторической реальности в результате распада СССР привело к поиску новой связующей и объеди-няющей идеи, нового исторического выбора, новой системы ценностей. Идей рынка, демократии, прав и свобод человека для России оказалось недостаточно, они теряют свою привлекательность и мобилизующую силу. Формирование подлинной отечественной системы ценностей на основе образа жизни, традиций, истории является важнейшей задачей и общественной мысли, и всего гражданского общества. Для развития человека и общества, а также для обеспечения их безопасности необходимо, чтобы индивиды воспринимали интересы общества и государства как собственные. Для этого требуется, чтобы интересы общества и государства отражали личные интересы конкретных индивидов. 2.2. Угрозы национальной безопасности В процессе практической деятельности по реализации интересов объективно возникают противоречия между индивидами, слоями общества, классами, государствами в результате их взаимодей- ствия в ходе общественного развития. Только столкновение конфронтационных или встречных интересов объектов безопасности порождает угрозы – сначала потенциальные, а затем реальные. Другие виды жизненно важных интересов – совпадающие, параллельные и расходящиеся – по своему содержанию не могут формировать условия для появления угрозы. Наоборот, они являются базой для достижения единства, взаимопонимания и сотрудничества в общественных и межгосударственных отношениях. Своевременное обнаружение угроз и реагирование на них со стороны системы обеспечения национальной безопасности имеют первостепенное значение в практической деятельности по защите жизненно важных интересов личности, общества и государства. Существенную роль в практической деятельности по обеспечению национальной безопасности играет классификация угроз безопасности по определенным критериям на отдельные виды, что помогает улучшить организацию противодействия угрозам с учетом их конкретных особенностей. Наиболее значимыми в этом отношении критериями являются: местонахождение источника опасности (внешняя и внутренняя угрозы); степень сформированности угрозы (потенциальные и реальные); характер угрозы (природные, антропогенные и социальные); сферы и области человеческой деятельности (экономическая, экологическая, информационная и т. д.); уровень субъективных оценок угроз (неосознанная, завышенная, мнимая, адекватная). В целях исключения субъективизма при характеристике угроз национальной безопасности следует придерживаться официальной точки зрения, получившей нормативно-правовое закрепление. Си- стема действующих на сегодня нормативных правовых актов исходит из целесообразности определения угроз национальной безопасности и мер противодействия им в соответствии со сферами общественной и государственной деятельности. Комплексная оценка основным видам угроз национальной безопасности сегодня представлена в Стратегии национальной безопасности Российской Федерации до 2020 года. Согласно Стратегии основными видами угроз национальной безопасности являются следующие. Угрозы военной безопасности − политика ряда ведущих зарубежных стран, направленная на достижение преобладающего превосход- ства в военной сфере, распространение ядерных, химических, биоло-гических технологий, производство оружия массового уничтожения. Угрозы государственной и общественной безопасности − разведывательная и иная деятельность специальных служб иностранных государств, направленная на нанесение ущерба безопасности РФ; деятельность террористических организаций, направленная на насильственное изменение основ конституционного строя РФ, дез- организацию нормального функционирования органов государ- ственной власти; экстремистская деятельность, направленная на нарушение единства и территориальной целостности РФ, дестабилизацию внутриполитической и социальной ситуации в стране; деятельность транснациональных преступных организаций и группировок, связанная с незаконным оборотом наркотических средств и психотропных веществ, оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ. Угрозы экономической безопасности − кризисы мировой и региональных финансово-банковских систем; усиление конкуренции в борьбе за дефицитные сырьевые, энергетические, водные и продовольственные ресурсы; отставание в развитии передовых технологических укладов; сохранение экспортно-сырьевой модели развития национальной экономики; снижение конкурентоспособности и высокая зависимость ее важнейших сфер от внешнеэкономической конъюнктуры; потеря контроля над национальными ресурсами; ухудшение состояния сырьевой базы промышленности и энергетики; неравномерное развитие регионов и прогрессирующая трудонедостаточность; низкая устойчивость и защищенность национальной финансовой си- стемы; сохранение условий для коррупции и криминализации хозяй- ственно-финансовых отношений, а также незаконной миграции. Угрозы в социально-культурной сфере − отставание в переходе к последующему технологическому укладу, зависимость от импортных поставок научного оборудования, несанкционированная передача за рубеж конкурентоспособных отечественных технологий; необоснованные односторонние санкции в отношении научных и образовательных организаций России; недостаточное развитие нормативной правовой базы и слабая мотивация в сфере инновационной и промышленной политики; низкие уровень социальной защищенности инженерно-технического, профессорско-преподавательского и педагогического состава и качество среднего общего образования, среднего профессионального и высшего образования; возникновение масштабных эпидемий и пандемий, массовое распространение ВИЧ-инфекции, туберкулеза, наркомании и алкоголизма, повышение до- ступности психоактивных и психотропных веществ; низкие эффективность системы медицинского страхования и качество подготовки и переподготовки специалистов здравоохранения; недостаточный уровень социальных гарантий и оплаты труда медицинских работников и финансирования развития системы высокотехнологичной медицинской помощи; засилие продукции массовой культуры, ориентированной на духовные потребности маргинальных слоев, а также противоправные посягательства на объекты культуры; попытки пересмотра взглядов на историю России, ее роль и место в мировой истории, пропаганда образа жизни, в основе которого лежит вседозволенность и насилие, расовая, национальная и религиозная нетерпимость. Угрозы в сфере экологии и природопользования − истощение мировых запасов минерально-сырьевых, водных и биологических ресурсов, а также наличие в Российской Федерации экологически неблагополучных регионов; сохранение значительного количества опасных производств, деятельность которых ведет к нарушению экологического баланса; отсутствие нормативного правового регулирования и надзора за радиоактивными отходами неядерного топливного цикла. Помимо Стратегии национальной безопасности РФ до 2020 года в период с 2008 г. по настоящее время был принят комплекс из более чем 20 стратегических и доктринальных нормативных правовых актов, которые более развернуто характеризуют риски и угрозы национальной безопасности в отдельных сферах государственной и общественной жизни и определяют пути их преодоления. 2.3. Актуальные проблемы реализации приоритетов устойчивого развития России Социально-экономическое развитие общества в ХХ в., ориентированное в основном на быстрые темпы экономического роста, породило беспрецедентное причинение вреда окружающей природной среде. Человечество столкнулось с противоречиями между растущими потребностями мирового сообщества и невозможностью биосферы обеспечить эти потребности. Российское общество выбрало стратегию перехода к устойчивому развитию, что предполагает постепенное восстановление естественных экосистем до уровня, гарантирующего стабильность окружающей среды. Этого можно достичь усилиями всего человечества, но начинать движение к данной цели каждая страна должна самостоятельно. Идеи устойчивого развития оказываются чрезвычайно созвучными традициям, духу и менталитету России. Они могут сыграть важную роль в консолидации российского общества, в определении государственных приоритетов и перспектив социально-экономи-ческих преобразований. Сегодня угрозу устойчивому развитию нашего государства представляет консолидированная политика Запада во главе с США, которые стремятся развязать глобальную войну, используя в этих целях экономические и политические проблемы на Украине и в ряде других стран. Это представляет непосредственную угрозу национальной безопасности России, поэтому необходимо разобраться в причинах и содержании украинского кризиса. Причинами происходящих сегодня в мире событий являются глобальные экономические изменения, которые создают объективные предпосылки эскалации военно-политической напряженности в международных отношениях. В поле агрессии Запада против России Украина всегда занимала центральное место. Наиболее ярко отношение Запада к Украине выразил Бисмарк, сказав: «Могущество России может быть подорвано только отделением от неё Украины... необходимо не только оторвать, но и противопоставить Украину России, стравить две части единого народа и наблюдать, как брат будет убивать брата. Для этого нужно только найти и взрастить предателей среди на- циональной элиты и с их помощью изменить самосознание одной части великого народа до такой степени, что он будет ненавидеть все русское, ненавидеть свой род, не осознавая этого. Все остальное − дело времени»1. Вслед за прусским канцлером концентрированное отношение Запада к Украине в своей книге «Великая шахматная доска» выразил З. Бжезинский, написавший, что «без Украины Россия перестает быть евроазиатской империей»1. США теряют свое доминирующее положение в мировом производстве, центр которого перемещается в Китай и другие страны Азии. Их финансовой гегемонии угрожает нарастающая вероятность краха долларовой пирамиды собственных государственных обязательств. Ведущее положение доллара на мировом валютном рынке подрывается процессами региональной экономической интеграции. Все это толкает США на путь эскалации военно-политической напряженности и развязывании мировой войны. Смена технологических укладов как объективная основа эскалации глобальной военно-политической напряженности Переживаемый в настоящее время глобальный кризис, сменив-ший длительный экономический подъем развитых стран, является закономерным проявлением длинных циклов экономической активности, известных как волны Кондратьева2. По мнению С. Ю. Глазьева, к настоящему времени в мировом технико-экономическом развитии (начиная с промышленной революции в Англии) можно выделить жизненные циклы пяти последовательно сменявших друг друга технологических укладов, включая доминирующий в структуре современной экономики информационный технологический уклад3. Уже видны ключевые направления развития нового технологического уклада, рост которого обеспечит подъем экономики передовых стран на новой длинной волне экономического роста: биотехнологии, основанные на достижениях молекулярной биологии и генной инженерии; нанотехнологии; системы искусственного интеллекта; глобальные информационные сети и интегрированные высокоскоростные транспортные системы. Их реализация обеспечивает многократное повышение эффективности производства, снижение его энерго- и капиталоемкости4. В настоящее время новый технологический уклад входит в фазу роста. Несмотря на кризис расходы на освоение новейших технологий и масштаб их применения растут с темпом около 20−35 % в год1. Исследования показывают, что в периоды глобальных технологических сдвигов передовым странам трудно сохранить лидерство. Для его удержания им приходится прибегать к силовым приемам во внешней и внешнеэкономической политике. Одновременно резко возрастает военно-политическая напряженность, риски международных конфликтов. Об этом свидетельствует трагический опыт двух предыдущих структурных кризисов мировой экономики. Так, Великая депрессия 30-х гг., обусловленная достижением пределов роста доминировавшего в начале века технологического уклада «угля и стали», была преодолена милитаризацией экономики, которая вылилась в катастрофу Второй мировой войны. Депрессия середины 70-х гг. – начала 80-х гг., вызванная достижением пределов роста этого технологического уклада, повлекла гонку вооружений в космосе с широким использованием информационно-коммуникационных технологий, составивших ядро нового технологического уклада. Последовавший вслед за ней коллапс мировой системы социализма, не сумевшей своевременно перевести экономику на новый технологи-ческий уклад, позволил ведущим капиталистическим странам воспользоваться ресурсами бывших социалистических стран для «мягкой пересадки» на новую длинную волну экономического роста. Политическим результатом этих структурных трансформаций стала либеральная глобализация с доминированием США в качестве эмитента основной резервной валюты. По своим геополитическим последствиям структурный кризис 70−80-х гг. прошлого века и связанная с ним гонка вооружений в космосе имели не меньшие последствия чем Вторая мировая война. Следовательно, происходящее по той же логике длинных циклов современное обострение военно-политической напряженности должно расцениваться как появление признаков очередной мировой войны. Выход из нынешней депрессии также будет сопровождаться масштабными геополитическими и экономическими изменениями. По мнению С. Ю. Глазьева, дальнейшее развертывание кризиса может проходить по одному из трех сценариев: 1. Оптимистический. Быстрый выход на новую длинную волну экономического роста. Предусматривает перевод кризиса в управляемый режим. Предполагает кардинальное изменение архитектуры глобальной финансовой системы, которая станет поливалютной, а также состава и относительного веса ведущих стран. Стратегия устой-чивого развития должна сменить доктрину либеральной глобализации. В числе целей, объединяющих ведущие страны мира, будут использоваться борьба с терроризмом, глобальным потеплением, массовым голодом, болезнями и другими угрозами человечеству. 2. Катастрофический. Сопровождается коллапсом существующей американоцентричной финансовой системы, формированием относительно самодостаточных региональных валютно-финансовых систем, уничтожением большей части международного капитала, резким падением уровня жизни в странах «золотого миллиарда», углублением рецессии и возведением протекционистских барьеров между регионами. 3. Инерционный. Нарастание хаоса и разрушение многих институтов как в ядре, так и на периферии мировой экономики. При сохранении некоторых институтов существующей глобальной финансовой системы появятся новые центры экономического роста в странах, сумевших опередить других в формировании нового технологического уклада и «оседлать» новую длинную волну экономи- ческого роста. Инерционный сценарий представляет собой сочетание элементов катастрофического и управляемого выхода из кризиса, при этом он может быть катастрофическим для одних стран и регионов и оптимистическим для других. Кризис закончится с перетоком оставшегося после коллапса долларовой финансовой пирамиды и других финансовых пузырей капитала в производства нового технологического уклада1. В основе нового технологического уклада лежит комплекс нано-, био- и информационно-коммуникационных технологий. Хотя основная сфера применения этих технологий лежит в сфере здравоохранения, образования и науки и не связана с производством военной техники, гонка вооружений и увеличение военных расходов привычным образом становятся ведущим способом государственного стимулирования становления нового технологического уклада. Предыдущий переход от колониальных империй европейских стран к американским глобальным корпорациям в качестве ведущей формы организации двух мировых экономик происходил посредством развязывания трех мировых войн, исход которых сопровождался кардинальными изменениями мирового политического устройства: в результате первой рухнул монархический строй, сдерживавший экспансию национального капитала; после второй развалились колониальные империи, ограничивавшие международное движение капитала; с крахом СССР вследствие третьей холодной мировой войны свободное движение капитала охватило весь мир, а транснациональные корпорации получили в распоряжение всю мировую экономику. Сегодня борьба за мировое лидерство в экономике разворачивается между США и Китаем, в которой США для сохранения своего доминирования разыгрывают привычный им сценарий развязывания мировой войны в Европе, пытаясь в очередной раз за счет Старого Света упрочить свое положение в мире. Американская стратегия сохранения глобального доминирования В основе глобального доминирования США лежит сочетание технологического, экономического, финансового, военного и политического превосходства. Технологическое лидерство позволяет американским корпорациям присваивать интеллектуальную ренту, финансируя за счет нее НИОКР в целях опережения конкурентов по максимально широкому фронту НТП. Удерживая монополию на использование передовых технологий, американские кампании обладают преимуществом на мировых рынках как по эффективности производства, так и по предложению новых товаров. Экономи- ческое превосходство создает основу для господствующего положения американской валюты, которое защищается военно-полити-ческими методами. В свою очередь, за счет присвоения глобального сеньоража от эмиссии мировой валюты США финансируют дефицит своего госбюджета, складывающийся вследствие раздутых военных расходов, которые больше российских на порядок и превышают совокупный объем десяти идущих вслед за США стран вместе взятых. Страны БРИК обладают достаточным потенциалом, позво- ляющим им вырваться вперед на смене технологических укладов. По имеющимся прогнозам, к 2020 г. совокупный ВВП Бразилии, России, Индии и Китая может достичь 30 % от общемирового. И наоборот, доля США на мировом рынке постоянно снижается, что подрывает экономическую основу их глобального доминирования. Последнее сегодня держится в основном на монопольном положении доллара в мировой валютно-финансовой системе. На его долю приходится около 2/3 мирового денежного оборота. Размывание экономического фундамента всемирного доминирования США пытаются компенсировать усилением военно-политического давления на конкурентов. Однако делать это им становится все сложнее – мешает бремя финансовых долгов и обязательств, сбросить которые можно, развязав мировую войну. Но риски применения ядерного оружия делают невозможным ее проведение обычным способом. Поэтому США пытаются развязать серию региональных войн, которые по их замыслу должны в совокупности вылиться в глобальную хаотическую войну1. Американская тактика ведения современной мировой войны Развертываемая США мировая хаотическая война ведется с широким применением оружия нового технологического уклада, являясь одновременно катализатором его становления в американской экономике. Это прежде всего информационно-коммуникационные технологии и основанное на их применении высокоточное оружие, обеспечивающие американским военным системное превосходство в управлении боевыми действиями и минимизацию потерь. Их дополняет широкое применение когнитивных технологий, которые превращают СМИ в высокоэффективное психотропное оружие массового поражения сознания людей, а дипломатию – в психо-паралитическое оружие, поражающее политическую волю руководителей противника. Как показывают все организованные США войны последних двух десятилетий, начиная с Ирака и Югославии и заканчивая Украиной, по типу применяемых технологий они носят сложносостав-ной характер, где собственно военная составляющая применяется на завершающей фазе, выполняя роль «последнего аргумента». До этого основное внимание уделяется внутренней дестабилизации намеченного для агрессии региона, за счет разрушения общественного со- знания и дискредитации традиционной морали. Обществу через СМИ внушаются агрессивные и даже человеконенавистнические ориентиры с целью развязывания вооруженных конфликтов как внутренних, так и внешних. Одновременно происходит подкуп и установление контроля над властвующей элитой путем втягивания влиятельных семей и перспективной молодежи в особые отношения с США и их союзниками по НАТО посредством зарубежных счетов и накоплений, обучения, грантов, приглашений на престижные мероприятия, предоставления гражданства, приобретения имущества. Внешне развязываемые США войны кажутся бессмысленным хаосом. В действительности же они организуются и слаженно проводятся всеми заинтересованными ведомствами США в сочетании с соответствующими действиями американского крупного капитала, СМИ и разветвленной агентурной сети. И результаты, которых добиваются США, вполне запланированы: американские корпорации получают контроль над природными ресурсами и инфраструктурой поверженных стран, банки замораживают их активы, специально обученные вандалы разворовывают исторические музеи, финансовая система жестко привязывается к доллару. Все организованные США войны многократно окупились. Факты говорят о том, что американцы используют переговоры исключительно для обмана партнеров. Цели американской агрессии на Украине Непосредственной целью войны на юго-востоке Украины является отрыв этой страны от России. На эту цель США потратили более 5 млрд долл. и два десятилетия после распада СССР1. Для предотвращения вступления Украины в Таможенный союз с Россией, Белоруссией и Казахстаном была организована смена политического режима, поддержанная лидерами ЕС. США создают в центре Европы расширяющуюся воронку хаоса, который нацелен на втягивание в братоубийственный конфликт вначале России, а затем и близлежащих европейских стран. Делается это не только для ослабления России, но и для ухудшения положения Евросоюза. Во-первых, обвинение России в агрессии позволяет ввести финансовые санкции с целью замораживания (списания) американских обязательств перед российскими структурами в размере нескольких сотен миллиардов долларов для облегчения запредельного долгового бремени США. Во-вторых, замораживание российских активов в долларах и евро влечет неспособность их владельцев обслуживать свои обязательства в основном перед европейскими банками, что создаст последним серьезные трудности, чреватые банкротством некоторых из них. Дестабилизация европейской банковской системы будет стимулировать отток капитала в США для подержания долларовой пирамиды их долговых обязательств. В-третьих, санкции против России нанесут ущерб странам ЕС на сумму около триллиона евро, что ухудшит и без того плохое состояние европейской экономики, ослабит ее положение в конкурентной борьбе с США. В-четвертых, санкции против России облегчают вытеснение с европейского рынка российского газа с целью его замещения американским сланцевым. То же касается многомиллиардного восточно-европейского рынка тепловыделяющих элементов для атомных электро-станций, который технологически ориентирован на поставки из России. В-пятых, втягивание европейских стран в войну с Россией усилит их политическую зависимость от США, что облегчит последним решение задачи навязывания ЕС зоны свободной торговли на выгодных США условиях. В-шестых, ослабление России дает возможность восстановить над ней контроль и получить стратегическое преимущество в борьбе за глобальное лидерство с Китаем. В-седьмых, война против России дает повод для наращивания воен-ных расходов в интересах военно-промышленного комплекса США1. Противостояние России угрозам, возникающим на пути перехода к устойчивому развитию Для прекращения гибридной войны достаточно создать условия понимания агрессором неизбежности получения неприемлемого ущерба от ее продолжения. 1. Подорвать разжигающие войну силы Чтобы остановить войну, нужно прекратить действие движущих ее сил: американской властвующей элиты, евробюрократии и украинских нацистов (первая из них является основной, остальные – производными). Предотвратить войну можно только путем прекращения доминирования США в Европе и мире. Для этого необхо- димо подорвать экономические, информационные, политические и идеологические основы их влияния. Экономическое превосходство США основано на финансовой пирамиде долговых обязательств, которая давно вышла за пределы устойчивости. Для ее обрушения основным кредиторам США достаточно сбросить на рынок накопленные американские доллары и казначейские обязательства. Разумеется, крах финансовой системы США повлечет серьезные потери всех держателей американских валюты и ценных бумаг. Однако эти потери для России, Европы и Китая будут меньше, чем ущерб от развязываемой американскими геополитиками очередной мировой войны, а крах долларовой финансовой пирамиды даст возможность осуществить реформу мировой финансовой системы на началах справедливости и взаимной выгоды. Доминирование американской олигархии в мировых и на- циональных СМИ открытых для американских инвестиций стран является ключевым фактором влияния. В США создана весьма эффективная система фильтрации информации, призванная оправдывать любые действия американской власти и ее союзников. Все, что делают США в мире, преподносится как благо, а все, что противодействует американской внешней политике, – как зло. Господ- ствующее положение американских СМИ в интерпретации всех происходящих в мире событий позволяет американским властям манипулировать общественным мнением и вершить глобальный произвол: устраивать конфликты, совершать преступления, назначать и наказывать виновных, объявлять победителей. Информационная среда является основным полем боя в хаотической мировой войне. Реальные боевые действия происходят на последнем этапе как средство неотвратимого наказания тем странам и национальным лидерам, которые посмели выйти из-под амери- канского контроля и отважиться на самостоятельную политику. До этого мировое общественное мнение должно быть убеждено в том, что США проводят политику добра в интересах наказываемых ими народов, лидеры которых олицетворяют мировое зло, подлежащее уничтожению любой ценой. Вместе с тем эффективность применения информационного оружия имеет свои пределы. Ложь, к которой прибегают контролируемые американской олигархией СМИ, не обладает всепоражающим воздействием. Оно тем меньше, чем выше уровень образования и культуры в той или иной стране и чем более развита в ней информационная среда. Потоку лжи и фальсификации, транслируемому контролируе- мыми США мировыми СМИ необходимо противопоставить объективный информационный поток через социальные сети, региональное и национальное телевидение. 2. Успокоить агрессора неизбежностью возмездия Перечисленные выше факторы, при умелом их использовании, будут работать на ослабление политического доминирования США в мире. Но их воздействие будет недостаточным, если США не будут ощущать угрозу неприемлемых потерь. Фактически реализуемая США доктрина мировой хаотической войны не предполагает возможность поражения американских вооруженных сил и ведения боевых действий на территории самих США. Поэтому перед тем, как напасть на очередную жертву, они лишают ее шансов на сопротивление, создавая при помощи союзников ошеломляющее превосходство и парализуя его информационным, экономи- ческим и политическим оружием. В случае реальной опасности военного поражения даже в локальном конфликте или перенесения боевых действий на территорию США американские геополитики должны будут воздержаться от конфронтации, как это было 40 лет назад с Карибским кризисом. То же относится и к их союзникам – ни один европейский лидер не станет провоцировать войну, если будет понимать риск ее переноса на собственную территорию. В этом плане представляет интерес содержание публикации от 30 марта 2015 г. в чешском издании Reflex, автор которой сомневается в готовности Европы к войне с Россией: «...В общественной сфере Брюссель проигрывает Москве. В России по-прежнему есть люди, готовые идти воевать и умирать за свою православную веру, либо за свой народ. Но за что должны идти воевать и умирать наши люди? За право гомосексуалистов усыновлять детей? За поддержку абортов? За поддержку мультикультурализма? Сколько, вы думаете, наших мужчин и женщин будет готово пойти на войну и умереть за это современное общество?..»1 3. Развенчать агрессора Подрыв идеологического лидерства США является ключевым направлением борьбы с американской агрессией. Лишившись образа непогрешимого законодателя норм и образцов поведения, США потеряют способность внушать другим странам комплекс неполноценности и моральное право вмешиваться в их внутренние дела. Это резко снизит эффективность американской политики «мягкой силы», без которой не будут работать и методы военно-политического принуждения. Оспорить идеологическое лидерство США в навязываемой ими системе ценностей невозможно, поэтому необходимо ниспровергнуть эту систему ценностей, которая исходит из постмодернистской концепции освобождения человека от Бога и установленных им нравственных ограничений. Как заметил Достоевский: «Если Бога нет, то все дозволено»1. Абсолютизация человеческого произвола в конечном счете выливается в право сильного, что и демонстрирует западная олигархия. Поставить предел этому произволу можно, если предложить более высокую систему ценностей, ограничивающую свободу человеческой воли. Выше воли человека могут быть только объективные законы мироздания. 4. Перехватить идеологическое лидерство Идеологическим основанием для нового миропорядка может стать концепция социально-консервативного синтеза, объединяющая систему ценностей мировых религий с достижениями социального государства и научной парадигмой устойчивого развития2. Гармонизация международных отношений может быть достигнута только на основе фундаментальных ценностей, разделяемых всеми основными культурно-цивилизационными общностями. Эти ценности могут быть выражены в понятиях справедливости и ответственности, а также в юридических формах прав и свобод граждан. Понимание единства Бога в монотеистических религиях и того, что каждое вероучение указывает к нему свою дорогу спасения человека, имеющее право на существование, должно стать основой для устранения насильственных форм межрелигиозных и межна- циональных конфликтов и перевести их в плоскость идеологически свободного выбора каждого человека, как в Индии. Для этого необходимо выработать правовые формы участия конфессий в общест- венном жизнеустройстве и разрешении социальных конфликтов. 5. Выдвинуть антикризисную программу гармонизации миропорядка По мнению С. Ю. Глазьева, необходимо устранить монополизацию функций международного экономического обмена в чьих-либо частных или национальных интересах. Особое значение имеет обеспечение добросовестной конкуренции в информационной сфере, включая СМИ. Для поддержания открытости этого рынка должны применяться жесткие антимонопольные ограничения, не позволяющие какой-либо стране или группе аффилированных лиц доминировать в глобальном информационном пространстве. Одновременно должны быть приняты международные нормы по пресечению распространения информации, угрожающей социальной стабильности. Парадигма устойчивого развития в принципе отвергает войны как главную ему угрозу. Вместо конфронтации и конкуренции она делает ставку на кооперацию и сотрудничество как механизмы концентрации ресурсов в перспективных направлениях научно-технического прогресса. Основными потребителями продукции последнего являются здравоохранение, образование и культура. На эти отрасли непроизводственной сферы, вместе с наукой, в близкой перспективе будет приходиться до половины ВВП развитых стран. Из этого следует объективная рациональность переноса тяжести государственного стимулирования научно-технического прогресса с военных расходов на гуманитарные, прежде всего на медицинские исследования и науки о жизни1. Тема 3. ГЕОПОЛИТИКА И ГЛОБАЛИЗАЦИЯ КАК ДЕТЕРМИНАНТЫ НАЦИОНАЛЬНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ 3.1. Глобализация, ее содержание и значение для построения эффективной системы национальной безопасности В настоящее время мир претерпевает процесс глобализации. Эпоха глобализации – это качественно новая система экономи- ческих, политических, культурных и иных социальных отношений, характеризующаяся развертыванием тенденции усиления взаимосвязанности стран друг с другом. Первоначально внимание к процессу глобализации проявилось в финансовой сфере, чему во многом способствовало развитие информационных технологий: всемирная компьютеризация, появление сети Интернет, систем электронных счетов и кредитных карт, спутниковой и оптико-волоконной связи, позволяющей практически мгновенно перемещать финансовую информацию, заключать сделки, переводить средства с одних счетов на другие независимо от расстояния и государственных границ. Это привело к резкому сокращению трансакционных издержек и явилось одним из основных факторов образования мирового финансового рынка. Как последствия глобализационных процессов в экономике происходит стирание национальной принадлежности продукции и распространение транснациональных корпораций, которые приобретают все больший удельный вес не только в мировой экономике, но и в политике1. В 90-х гг. XX в. о глобализации заговорили как об универсальном процессе, охватывающем все сферы жизни человека, процессе ускоряющегося взаимовлияния и взаимопроникновения национальных экономик, культур. При этом не прекращаются споры о том, является ли этот процесс позитивным или негативным. Одни исследователи считают, что это нечто совершенно иное, беспрецедентное, требующее нового философского осмысления действительности2. Другие, напротив, полагают, что в этом процессе нет ничего принципиально нового. Одни авторы утверждают, что проводится целенаправленная политика глобализации, которая по большей части держится в тайне при ее разработке и распространении. Однако из этого вовсе не следует, что глобализация – явление полностью рукотворное. Процессы глобализации носят объективный характер, они происходят независимо от наших желаний и намерений3. Существует множество версий относительно того, как проходили основные этапы глобализации: 1-й этап «Заморская торговля». Этот период связан с началом великих географических открытий, развитием торгового флота и установлением монополии морских стран на глобальную торговлю. 2-й этап «Фабричное производство». Появление и использование технологий привело к росту уровня производства товаров, которые могли удовлетворить спрос на них гораздо большего числа потребителей, чем численность населения страны-производителя. Это подстегнуло развитие межгосударственных торговых связей и, как следствие, производств, обеспечивающих этот процесс. 3-й этап «Колониальный раздел». Страны, раньше других освоившие технологические преимущества производства, смогли за счет экономического фактора вырваться вперед и образовать категорию развитых стран, способных производить товары в большом количестве. Между ними началась конкуренция за рынки сбыта. Это привело к тому, что они стали захватывать колонии и использовать их в своих экономических целях. 4-й этап «Информатизация». Появление новых (высоких) технологий и ограниченность мировых ресурсов натолкнули ряд стран на поиск новых видов товаров и сырья для них. На эту роль удачно подходила информация. Этот процесс подстегнул рост так называемых информационных технологий. Производители информационных продуктов нуждались в универсальном потребителе с одинаковыми потребностями, что и запустило процесс американизации культуры, позволявший формировать духовные запросы потребителя в нужном производителю информационных продуктов ключе (через СМИ, рекламу, голливудские фильмы и т. д.). 5-й этап «Эпоха транснациональных корпораций». Укрупнение основных торговых игроков привело к появлению транснациональных корпораций и транснациональных банков, сосредоточивших в своих руках огромные капиталы. Эти возможности позволили данным субъектам стать основными субъектами глобальной торговли и политики, которая сегодня обслуживает их интересы. Одно из наиболее корректных и в наименьшей степени окрашенных субъективизмом определений глобализации дает российский исследо- ватель Е. П. Бажанов, видящий ее как происходящий в настоящее время процесс «стремительного взаимного проникновения и усиления взаимозависимости национальных государств в экономической, социальной, политической, идеологической и культурной областях»1. Существуют и другие определения. Так, директор Института проблем глобализации М. Делягин считает, что «глобализация – это процесс формирования и последующего развития единого общемирового финансово-экономического пространства на базе новых, преимущественно компьютерных технологий. Наиболее наглядным выражением сути этого явления служит общедоступная возможность мгновенного и практически бесплатного перевода любой суммы денег из любой одной точки мира в любую другую, а также столь же мгновенного и практически бесплатного получения любой информации по любому поводу»2. Глобализация предполагает, что множество социальных, экономических, культурных, политических и иных отношений и связей приобретают всемирный характер. Огромное значение с экономической точки зрения получают разработка и размещение глобальных технологических систем – погодных, коммуникационных, навигационных и других, характерных для космической эры. В целом развитие новейших информационных и телекоммуникационных технологий внесло судьбоносные изменения в экономику. Если первоначально эти технологии рассматривались как элементы необходимой инфраструктуры, то теперь они стали универсальным средством экономического, культурного и политического развития. Все более возрастает их роль в направлении качественного изменения международных экономических связей. Они обеспечивают организацию единого прямого контроля разбросанных по многим регионам предприятий, позволяют наладить гибкое серийное производство, осуществить децентрализованное производство с централизованным финансовым контролем. Вся планета как бы превратилась или во всяком случае превращается если не в единую фабрику, то в единую глобальную экономическую систему, которую отнюдь нельзя представлять в ка-честве некоего заповедника стихийных рыночных отношений между государствами в классическом смысле слова. Речь идет о глобально функционирующем мировом производственно-хозяйственном механизме, интегральной составной частью которого стали отдельные национальные экономики. О масштабах этих процессов свидетельствуют следующие данные: 90 % от мирового объема прямых зарубежных инвестиций приходится на транснациональные корпорации, ежедневные глобальные движения капиталов превышают несколько триллионов долларов США. Таким образом, произошла радикальная трансформация глобальных торговых потоков, международная торговля стала мощным фактором, способствующим росту мировой торговли. В результате расширения сферы деятельности транснациональных компаний и движения капиталов происходит постепенное размывание экономических границ между отдельными государствами. Функционируют Всемирный банк, Международный валютный фонд (МВФ) и другие финансовые организации и институты. Из небольшого объединения 35 стран, бывших его учредителями, МВФ превратился в организацию, охватывающую практически все экономики мира. Складывается и неуклонно расширяется система разнообразных связей между этими организациями и отдельными государствами. Они все больше проникают в сферу прерогатив национальных государств. В совокупности это способствует сокращению различий между странами в рамках отдельных регионов по уровню организации и эффективности производства. Так, повышение цен на нефть странами-экспортерами неизбежно отражается на уровне цен других товаров на мировых рынках, а рост цен на промышленные товары в индустриально развитых странах отрицательно сказывается на уровне цен в развивающихся странах и т. д. Учетные ставки, установленные в Нью-Йорке и Лондоне, автоматически определяют учетные ставки во всем мире. Протекционизм в одной стране не может не отразиться на торговле многих других стран. Финансовые рынки и даже отдельные крупные финансисты или учреждения оказываются способными существенно влиять на результаты принимаемых государствами политических решений и на характер этих решений. Важной сущностной особенностью глобальной экономики является то, что в ее рамках ни одна страна уже не может существовать и обеспечивать эффективную жизнедеятельность в условиях экономической замкнутости. Постепенно составной частью этой всемирной экономической системы становятся и экономики стран третьего мира. Интеграционные процессы проявляются прежде всего в образовании множества международных, межгосударственных и неправительственных организаций. По существующим данным, в середине 80-х гг. XX в. в мире насчитывалось более 1 тыс. межправительственных организаций. Ведущие державы на регулярной основе участ-вуют в работе более 100 организаций. В течение сравнительно короткого периода после окончания Второй мировой войны были со- зданы ООН, НАТО, МВФ, Всемирный банк, заложены основы Европейского союза и Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР). Немаловажную роль в современном мире играют Организация стран-экспортеров нефти (ОПЕК), Международное агентство ООН по атомной энергии (МАГАТЭ), призванное предотвратить распространение ядерного оружия и сохранить развитие атомной энергии в мирных целях. Сегодня происходит транснационализация важнейших экономических, социальных, экологических, политических и иных проблем, открываются границы между странами, увеличивается их прозрачность, что в конечном итоге может иметь далеко идущие послед- ствия для демографической карты индустриально развитых стран, где неуклонно растет численность (абсолютная и относительная) представителей некоренного населения. Именно в этом контексте во многих странах высказывается озабоченность, связанная с желанием сохранить национальные культурные и духовные ценности. Поэтому неудивительно, что правительства многих стран уже разработали разного рода меры, на- правленные на защиту национальных традиций, культуры, языков и т. д. Демографический аспект глобализации Раньше периоды роста и сокращения населения с предсказуемой точностью сменяли друг друга. Причем как бы ни менялась численность тех или иных народов и этносов во времени и пространстве, количество жителей земного шара в целом увеличивалось очень медленно и этот рост в течение длительных исторических периодов существенным образом не отражался на демографической ситуации. Факторов, регулирующих такое равновесие, было предостаточно – неурожаи, голод, войны, многочисленные эпидемии и т. д. С ХVIII–ХIХ вв. началось ускорение темпов роста численности населения Земли. Этот исторический период характеризуется свершением технических революций и переходом экономик многих государств к индустриальному типу. Одновременно менялись политические системы в государствах, где происходили буржуазные революции, что в свою очередь можно считать определенными предпосылками глобализации. В 1825 г. на планете проживал 1 млрд человек – для этого понадобилось несколько тысячелетий. К тому времени индустриализация и совершенствование медицины создали условия для роста населения значительно более быстрыми темпами. В результате за последующие 100 лет численность жителей увеличилась в 2 раза, т. е. стала равной 2 млрд. Эта цифра в свою очередь удвоилась в последующие полвека (с 1925 г. по 1976 г.), достигнув 4 млрд человек. К 1990 г. население земного шара составляло уже 5,3 млрд человек, увеличившись только за 15 лет на 1,5 млрд. К концу ХХ в. оно уже превысило 6 млрд человек, а в 2011 г. была официально достигнута планка в 7 млрд человек. За столетие городское население увеличилось в 10 раз, а валовой мировой продукт в 20 раз. Возросла средняя продолжительность жизни людей, достигнув в самых развитых странах 75 лет, в то время как столетием раньше она не превышала 30–35 лет. Сегодня население Земли каждые 4–5 дней увеличивается на 1 млн человек или, иначе говоря, ежедневный чистый прирост населения, определяемый как разница между числом родившихся и умерших, составляет 200–250 тыс. человек. Эти факты свидетель- ствуют о том, что в ближайшей и особенно в дальней перспективе демографические сдвиги и возрастающая миграция станут важнейшими факторами, существенно влияющими на тенденции и направления развития мирового сообщества. Если население будет продолжать увеличиваться, то можно ожидать своеобразной демографической «перегрузки» нашей планеты, которая становится одним из фундаментальных факторов всемирно-исторического значения. Важно отметить, что процессы миграции, которые имели место раньше, отличаются от происходящих в настоящее время, что не может не сказаться на их последствиях. Раньше основные потоки миграции осуществлялись в еще открытом земном пространстве. Иммигранты занимали в некотором роде «ничейные» или считавшиеся таковыми земли. В наши дни, по сути, таких земель не осталось, и миграция происходит в рамках замкнутой всепланетарной ойкумены. Раньше основные потоки миграции шли в направлении из развитого мира в «свободные», неосвоенные, малоосвоенные, слаборазвитые регионы земного шара. Теперь же эти потоки идут в обратном направлении, из менее развитых в более развитые регионы: из всех азиатских и африканских стран – в Европу и Северную Америку, из Латинской Америки – в США, из стран СНГ – в Россию, из Китая – в индустриально развитые страны, Россию и страны Юго-Восточной Азии и т. д. Иначе говоря, если раньше Европа была источником эмиграции, то теперь она стала местом иммиграции. С начала нынешнего столетия во Францию нахлынуло несколько волн иммигрантов из других европейских стран – итальянцев, поляков, испанцев, португальцев, венгров, армян, греков и др. По существующим данным, сейчас, если принять во внимание и более поздних иммигрантов, особенно из Марокко, Алжира, Туниса и Вьетнама, один из каждых пяти французских граждан в той или иной мере имеет «иностранное происхождение», т. е. примерно 10 млн нынешних французов являются детьми или внуками иммигрантов. К ним нужно добавить еще 4 млн проживающих во Франции иностранцев. Можно сказать, что лишь малая часть потенциальных мигрантов покинула свои места и новое великое переселение народов еще впереди. Толчком к нему могут стать социальные, экономические, политические и иные пертурбации в странах развивающегося мира. Эти тенденции и процессы способны внести существенные коррективы в демографические, социальные, экономические и политические реалии индустриально развитого мира. Речь может идти прежде всего о постепенном изменении этнонационального, расового и конфессионального ландшафтов западного мира. За последние десятилетия такая тенденция особенно отчетливо обнаруживается в США, где с расширением иммиграции из азиатских и латиноамериканских стран заметно изменяется демографическая ситуация. Очевидно, что если учесть фактор ограниченности ресурсов (в настоящее время это уже ощущается во многих европейских странах), то рост миграции способен усугубить экономические, социальные и демографические проблемы развитых стран. Более того, крупномасштабные иммиграции вызовут в этих странах озабоченность и страх перед потерей контроля над национальными границами и традиционным суверенитетом, страх перед потерей нацией этнической чистоты вследствие увеличения смешанных браков. Речь идет также о страхе перед новыми для соответствующих стран стилями жизни, религиозными и культурными нормами, поведенческими стереотипами и т. д. Появились опасения, что именно рост нелегальной иммиграции вызвал распространение таких старых и новых болезней, как холера, корь, спид и др., которые создают системе здравоохранения дополнительную нагрузку, а также вызывают неприязнь коренного населения к иммигрантам. 3.2. Сущность геополитического подхода к анализу условий обеспечения национальной безопасности Возникнув в начале XX в., геополитика до сих пор не сложилась как общепризнанная наука. В рамках классической геополитики объектом анализа выступало освоенное географическое пространство в единстве двух его составляющих – суши и моря. «Главный закон» геополитики – это закон противостояния теллурократии (сухопутного могущества) и талассократии (морского могу-щества)1. В современных условиях взгляды на сущность, содержание и предмет геополитики изменяются. Это вызвано тем, что изменились наши представления о пространстве, например с появлением ядерного оружия образовалось особое глобальное военное «пространство». Возникновение и интенсивный рост транснациональных корпораций привели к образованию особого глобального экономического «пространства». Транснациональный капитал «не знает» национально-государственных границ. Расширяющиеся масштабы человеческой деятельности позволили обнаружить особое глобальное «пространство», которое существовало всегда, но не воспринималось людьми до определенного времени. Речь идет о глобальном экологическом «пространстве». Наконец, сегодня все чаще исследователи подтверждают факт формирования еще одного особого глобального «пространства» − информационного, которое в очередной раз дало человечеству увидеть большие возможности, а также позитивные и негативные результаты и последствия своей деятельности. В настоящее время определение сущности геополитики представляет собой сложную задачу. Сложность в данном случае объясняется многозначностью понимания геополитики. В отечественных исследованиях, учебниках и учебных пособиях выделяются следующие основные характеристики сущностной определенности геополитики: а) идея, отражающая исторический опыт субъектов международных отношений, т. е. империй, национальных государств, народов, опирающийся на определенную идеологию как систему взглядов на су-ществующий мир и принципы его переустройства2; б) научная концепция, включающая в себя широкий спектр знаний – от размытых геополитических идей до достаточно жестко детерминированных моделей1; в) фундаментальная научная дисциплина, изучающая со своей точки обзора развитие геополитического пространства планеты2; г) прикладная область исследований, формирующая принципиальные рекомендации относительно генеральной линии поведения государства или группы государств на международной арене3; д) объективная зависимость субъекта международных отношений от совокупности материальных факторов, позволяющих этому субъекту осуществлять контроль над пространством4; е) дисциплина, изучающая основополагающие структуры и субъекты, глобальные или стратегические направления, важнейшие закономерности и принципы жизнедеятельности, функционирования и эволюции современного мирового сообщества5; ж) мировоззрение власти, наука о власти и для власти, как наука править6; з) наука, система знаний о контроле над пространством7; и) область знаний о пространственных отношениях между государствами8. Сделанные выводы дают возможность сформулировать определение геополитики. Она представляется как система теоретических знаний о пространственной экспансии государств. Речь идет не только о пространственно-территориальной экспансии, но и об экспансии в других пространствах, так как эти пространства влияют на географическое пространство, видоизменяя характеристики последнего. Определение геополитики содержит в себе и ее предмет. Таковым является экспансия государств во всех возможных формах ее осуществления. Современные геополитические модели Современное геополитическое моделирование в основном базируется на весьма распространенном убеждении, согласно которому на геополитической арене, которая переживает глубокую трансформацию, все более отчетливо просматривается борьба двух взаимоисключающих моделей: монополярного атлантизма и многополярной модели1. Монополярная модель отражает стремление США к доминированию в мире. Наиболее ярко идеология этой модели выражена американским политологом З. Бжезинским. Он исходит из того, что в мире есть единственная супердержава, в качестве которой выступают США, олицетворяющие единственный реальный центр силы. «Америка, − как считает З. Бжезинский, − занимает доминирующее положение в четырех имеющих решающее значение областях мировой власти: в военной области, в области экономики, в технологической области и в области культуры. Именно сочетание всех этих четырех факторов делает Америку единственной мировой сверхдержавой в полном смысле этого слова»2. Многополярная геополитическая модель опирается на реалии, позволяющие заметить появление на геополитической арене целого ряда государств и регионов, которые пока еще отстают по уровню могущества от США, но, несомненно, уже являются центрами силы. Учитывая динамику их развития, можно предположить, что через 10–20 лет США будут вынуждены признать эти центры силы и сам факт становления многополярной геополитической модели мира. Среди таких центров силы исследователи называют Европейский союз, интеграция в рамках которого предпринята западно-европейскими государствами в целях обеспечения для себя возможностей противостоять вызовам глобализации. В качестве центров силы уже сегодня рассматриваются Китай, Индия, «новые индустриальные страны» (Таиланд, Малайзия, Сингапур), Россия и другие государства и регионы. Наиболее распространенными в современных условиях являются многополярные геополитические модели. Основными среди них являются модель шестиполюсного мира, модель цивилизационного противостояния, модель западной цивилизации, противостоящей остальному миру1. Модель шестиполюсного мира наиболее ярко проиллюстрирована известным американским политическим деятелем и исследователем Г. Киссинджером. Он считает, что «новой характеристикой формирующегося мирового порядка является то, что Америка более не может ни отгородиться от мира, ни господствовать в нем. Мировой порядок XXI в. будет определяться тем, что его составной частью станут, по меньшей мере, США, Европа, Китай, Япония, Россия и, возможно, Индия, а также множество средних и малых стран»2. Отмечая особенности нового мирового порядка, Г. Киссинджер подчеркивает, что ни одна из ведущих стран, которым предстоит формировать такой порядок, не имеет ни малейшего опыта существования в рамках нарождающейся многогосударственной системы. Модель цивилизационного противостояния. Ее автором является американский ученый С. Хантингтон. Он считает, что система международных отношений в процессе эволюции пережила ряд этапов, которые характеризуются последовательной сменой конфликтов между властелинами, нациями, идеологиями. В современных условиях, по мнению С. Хантингтона, наступает новый этап – противостояние цивилизаций. В качестве основных элементов модели цивилизационного противостояния С. Хантингтон рассматривает следующие цивилизации: западную, православную, исламскую, конфуцианскую (китайскую), индуистскую, японскую (тихоокеанскую), латиноамериканскую. В качестве возможной он выделяет также африканскую цивилизацию. Модель западной цивилизации, противостоящей остальному миру. Эта модель (The West and The Rest), как отмечает А. Г. Дугин, является новым выражением общего принципа дуализма талассократии и теллурократии, который остается главной геополитической схемой и для XXI в. 3.3. Актуальные проблемы выстраивания геостратегии Российской Федерации в условиях глобализации Анализ современного геополитического положения Российской Федерации свидетельствует о том, что несмотря на все потрясения и потери, сопровождавшие нашу страну в XX в., она продолжает занимать достаточно прочное положение на геополитической карте мира и имеет все необходимые и реальные предпосылки для возрождения в наступившем веке в роли развитого демократического государства, активно влияющего на характер и направленность глобальных политических, экономических, социальных и культурных процессов. В пользу данного вывода свидетельствует не только желание видеть Отечество великим и процветающим, но и те колоссальные ресурсы, явные и потенциальные, которыми располагает занимаемое Россией пространство, а также не поддающиеся учету трудовые, культурные и конфессиональные традиции населяющих его людей, способных, как многократно подтверждала историческая практика, не только благоустроить пространство, но и сделать его процветающим. Россия богата природными ресурсами, их стоимость более чем в три с половиной раза выше, нежели в США. Следовательно, проблема состоит в том, чтобы организовать хозяйственную деятельность таким образом, чтобы эти ресурсы были максимально эффективно использованы для нужд собственного народа. Кроме этого Россия – единственная страна от Атлантики до Тихого океана, через которую могут пройти коммуникации между тремя мировыми полюсами экономического и технологического развития в Западной Европе, Восточной Азии и Северной Америке. Очевидно, что на пересечении этих транспортных коридоров в XXI в. на Дальнем Востоке и Китае сформируется крупнейший мировой коммуникационный узел, поэтому будущее России в значительной степени будет определяться ее способностью «обустроить» евразийское пространство.1 Но для того чтобы имеющиеся ресурсы не остались нереализованной возможностью, чтобы они не стали источником для благоденствия других народов в ущерб российскому, необходимо сохранение самого Российского государства в качестве полноправного и самостоятельного субъекта мирохозяйственных и международных связей, концентрирование политических, экономических и иных возможностей государства на реализации собственных национальных интересов. В связи с этим система национальных интересов Российской Федерации должна строиться на основе анализа геополитического положения современной России, исходя из потребностей собственного социально-экономического развития. Бесспорно, общечеловеческие интересы, интересы других стран должны находить отражение во внешнеполитической стратегии Российской Федерации, но не определять основное содержание ее внешней политики. Политическому руководству и народу необходимо осознавать, что те ценности, которые сегодня с подачи многих СМИ позиционируются как общечеловеческие, в реальности таковыми не являются. По мнению Э. А. Позднякова, «то, что подразумевается под ними (ценностями), есть на самом деле ценности и интересы западной цивилизации, выдаваемые за общечеловеческие»2. Геостратегия Российской Федерации обязательно должна опираться на возможности собственного пространства и геополитического положения, и в этом плане перед ней просматриваются следующие важнейшие задачи: – формирование политического, социально-экономического, культурного, информационного и других целостных функциональных пространств в пределах государственных границ Российской Федерации; – создание необходимых геополитических, экономических и иных условий для эффективного использования ресурсных, демографических, коммуникационных и других свойств пространства Российской Федерации; – формирование дружественных геополитических оболочек в пространстве «ближнего» и «дальнего» зарубежья, общих с прилегающими странами экономических, информационных, культурных и иных пространств; – координация усилий всех заинтересованных государств в деле создания миропорядка, отвечающего интересам развития всех народов планеты и исключающего гегемонию стран «золотого миллиарда». Только в этом случае Россия получит реальные шансы на возрождение своего величия, создание благоприятных условий для развития как нации в целом, так и каждого отдельного человека. Главная внешняя угроза национальной и экономической безопасности Российской Федерации связана с проблемами глобализации планетарной экономики. В процессе глобализации происходит масштабное проникновение одних (преимущественно транснациональных) компаний (ТНК) в экономику и инфраструктуру других государств. Причем уже сформирована группа мощных ТНК, обладающих огромным капиталом и оказывающих влияние на развитие социально-экономической жизни многих стран. Они также заметно влияют на геополитическую ситуацию во всем мире. Иначе говоря, захват (экспансия) чужих территорий имеет место быть без войн и кровопролитий. Другая внешняя угроза национальной и экономической без-опасности Российской Федерации проявляется в реализации США имперской политики с целью противодействовать укреплению России как одного из центров влияния в многополярном мире, ослабить ее позиции в Европе, на Ближнем Востоке, в Закавказье, Центральной Азии и Азиатско-Тихоокеанском регионе. Весьма показательны в этом смысле слова бывшего советника по национальной безопасности американского президента в годы холодной войны доктора Збигнева Бжезинского в выпущенной им книге «Великая шахматная доска». В кратком виде его рассуждения сводятся к следующему: «После краха СССР – основного соперника – Соединенные Штаты стали единственной мировой державой. Основная цель Америки – построить новую Европу, основанную на франко-германском объединении и подчиненную интересам США»1. На страницах своего исследования он прямолинейно высказывается относительно места России в международной политике. «Во-первых, единственное место для России – это Европа. Причем Европа трансатлантическая, с расширяющимися ЕС и НАТО (под эгидой США). Во-вторых, Россия слишком слаба для того, чтобы быть партнером Америки, но, как и прежде, слишком сильна, чтобы быть просто пациентом. Если Россия согласна на единственный выбор в пользу Европы и США, то она получит преимущества и выгоды. Но для этого Россия должна отказаться от имперского прошлого и никаких возражений против расширяющихся связей Европы с Америкой. В-третьих, США должны проводить дифференцированную политику в отношении бывших союзных государств»2. Особое внимание автор книги – гроссмейстер «великой шахматной доски» – уделяет Азербайджану и Украине. «Через Азербайджан страны Европы и Америки получают доступ к каспийской нефти. Ко всему прочему могут быть удовлетворены имперские амбиции Турции – стратегического партнера США»3. Статус Украины определяется особо. З. Бжезинский констатирует, что потеря Украины явилась «самым беспокойным моментом для России. Появление независимого государства Украина не только вынудило всех россиян переосмыслить характер их собственной политической и этнической принадлежности, но и обозначило большую геополитическую неудачу Российского государства. Отречение от более чем 300-летней российской имперской истории означало потерю потенциально богатой индустриальной и сельскохозяй- ственной экономики и 52 млн человек, этнически и религиозно наиболее тесно связанных с русскими, которые способны были превратить Россию в действительно крупную и уверенную в себе имперскую державу. Независимость Украины также лишила Россию ее доминирующего положения на Черном море, где Одесса служила жизненно важным портом для торговли со странами Средиземно- морья и всего мира в целом. Западный мир заинтересован в такой России, которая будет безропотно делать уступки во внешней политике и позволять разграблять свои природные ресурсы в ущерб своим национальным интересам»1. В Концепции внешней политики Российской Федерации, утвержденной Президентом РФ 12 февраля 2013 года отмечено: «Стремительное ускорение глобальных процессов в первом десятилетии XXI века, усиление новых тенденций в мировом развитии требуют по-новому взглянуть на ключевые направления динамично меняющейся ситуации в мире, переосмыслить приоритеты внешней политики России с учетом ее возросшей ответственности за формирование международной повестки дня и основ международной системы»2. В современных условиях выстраивания отношений между субъектами международного права можно выделить следующие особенности: 1. Главной чертой современного этапа международного развития являются глубинные сдвиги в геополитическом ландшафте, мощным катализатором которых стал глобальный финансово-экономи-ческий кризис. Международные отношения переживают переходный период, заключающийся в формировании полицентричной международной системы. 2. Продолжают сокращаться возможности исторического Запада доминировать в мировой экономике и политике. Мировой потенциал силы и развития смещается в Азиатско-Тихоокеанский регион, что усиливает глобальную конкуренцию и приводит к нарастанию нестабильности в международных отношениях. 3. Меняется военное соотношение сил между различными государствами и группами государств, что размывает структуру глобальной безопасности, основанную на существующей системе договоров и соглашений в области контроля над вооружениями. 4. На передний план выдвигаются, наряду с военной мощью, такие важные факторы влияния государств на международную политику, как экономические, правовые, научно-технические, экологические, демографические и информационные. Все больший вес приобретают вопросы обеспечения устойчивого развития, духовного и интеллектуального развития населения, роста его благосостояния, повышения уровня инвестиций в человека. Особую актуальность приобретают международные усилия по созданию новых, более сбалансированных и отвечающих реалиям глобализации мировых торговой и валютно-финансовой систем. 5. Возрастает конкуренция вокруг распределения стратегических ресурсов, которая лихорадит сырьевые биржи и рынки. Наблюдается ужесточение необоснованных ограничений и других дискриминационных мер. 6. Глобальная конкуренция впервые в новейшей истории приобретает цивилизационное измерение и выражается в соперничестве различных ценностных ориентиров и моделей развития. Все более громко заявляет о себе культурно-цивилизационное многообразие современного мира. 7. Опасность для международного мира и стабильности представляют попытки регулировать кризисы путем применения вне рамок Совета Безопасности ООН одностороннего санкционного давления и иных мер силового воздействия, включая вооруженную агрессию. 8. На первый план в современной международной политике выходят имеющие трансграничную природу новые вызовы и угрозы. Прежде всего, это опасность распространения оружия массового уничтожения и средств его доставки, международный терроризм, неконтролируемый трафик оружия и боевиков, радикализация общественных настроений, нелегальная миграция, морское пиратство, незаконный оборот наркотиков, коррупция, региональные и внутренние конфликты, дефицит жизненно важных ресурсов, демографические проблемы, глобальная бедность, экологические и санитарно-эпидемиологические вызовы, изменение климата, угрозы информационной и продовольственной безопасности. 9. Неотъемлемой составляющей современной международной политики становится «мягкая сила» – комплексный инструментарий решения внешнеполитических задач с опорой на возможности гражданского общества, информационно-коммуникационные, гуманитарные и другие альтернативные классической дипломатии методы и технологии. Вместе с тем усиление глобальной конкуренции и накопление кризисного потенциала ведут к рискам деструктивного и противоправного использования «мягкой силы» и правозащитных концепций в целях оказания политического давления на суверенные государства, вмешательства в их внутренние дела, дестабилизации там обстановки, манипулирования общественным мнением и сознанием, в т. ч. в рамках финансирования гуманитарных проектов и проектов, связанных с защитой прав человека, за рубежом. Внешняя политика является одним из важнейших инструментов поступательного развития страны, обеспечения ее конкурентоспособности в глобализирующемся мире. Внешняя политика России является открытой, предсказуемой и прагматичной. Она характеризуется последовательностью, преем- ственностью и отражает уникальную, сформировавшуюся за века роль нашей страны как уравновешивающего фактора в международных делах и в развитии мировой цивилизации. Приоритеты Российской Федерации в решении глобальных проблем 1. Формирование нового мироустройства, основанного на принципах равноправия, взаимного уважения, невмешательства во внутренние дела государств. 2. Верховенство права в международных отношениях, способное обеспечить мирное и плодотворное сотрудничество государств при соблюдении баланса их часто не совпадающих интересов. 3. Укрепление международной безопасности через укрепление доверия в военной сфере; поддержание режима нераспространения ядерного оружия; предотвращение размещения оружия в космосе; обеспечение национальной и международной информационной безопасности через институты ООН; целенаправленное противодействие незаконному обороту наркотиков и организованной преступности; противодействие экстремизму и радикализации общественных настроений. 4. Международное экономическое и экологическое сотрудничество в части формирования справедливой глобальной торгово-экономической и валютно-финансовой архитектуры; создания благо-приятных политических условий для диверсификации российского присутствия на мировых рынках за счет расширения номенклатуры экспорта и географии внешнеэкономических и инвестиционных связей России; содействия повышению доли наукоемких, инновационных и других приоритетных отраслей в общеэкономической структуре; принятия мер по закреплению ключевого транзитного направления по обеспечению торгово-экономических связей между Европой и Азиатско-Тихоокеанским регионом, в т. ч. посредством расширения участия в формируемых трансконтинентальных маршрутах грузоперевозок. 5. Международное гуманитарное сотрудничество и обеспечение прав человека во всем мире путем конструктивного равноправного международного диалога с учетом национальных, культурных и исторических особенностей каждого государства; способствование изучению и распространению русского языка как неотъемлемой части мировой культуры и инструмента международного и межнационального общения; создание положительного образа России, соответствующего авторитету ее культуры, образования, науки, спорта, уровню развития гражданского общества. 6. Информационное сопровождение внешнеполитической деятельности посредством доведения до широких кругов мировой общественности полной и точной информации о позициях РФ по основным международным проблемам, внешнеполитических инициативах и действиях Российской Федерации, процессах и планах ее внутреннего социально-экономического развития, достижениях российской культуры и науки. Региональные приоритеты Российской Федерации 1. Развитие двустороннего и многостороннего сотрудничества с государствами – участниками СНГ. Формирование Евразийского экономического союза, призванного максимально задействовать взаимовыгодные хозяйственные связи на пространстве СНГ, и стать моделью объединения, открытого для других государств. 2. Нейтрализация угроз, исходящих с территории Афганистана, недопущение дестабилизации обстановки в Центральной Азии и Закавказье. 3. Развитие отношений в рамках Организации Договора о коллективной безопасности (ОДКБ). 4. Содействие становлению Республики Абхазия и Республики Южная Осетия как современных демократических государств, укреплению их международных позиций. 5. Продвижение к созданию единого с Европейским союзом экономического и гуманитарного пространства от Атлантики до Тихого океана на основе формирования четырех общих пространств: экономического; свободы, безопасности и правосудия; внешней безопасности; научных исследований и образования, включая культурные аспекты. 6. Проведение политики, направленной на укрепление разноформатного международного сотрудничества в Арктике. Развитие и использование Северного морского пути как национальной транспортной коммуникации России в Арктике, открытой для международного судоходства на взаимовыгодной основе. 7. Участие в интеграционных процессах в Азиатско-Тихо-океанском регионе, использовании его возможностей при реализации программ экономического подъема Сибири и Дальнего Востока. 8. Общее оздоровление военно-политической обстановки в Азии, где сохраняется значительный конфликтный потенциал. 9. Развитие дружественных отношений с Китаем и Индией. 10. Укрепление отношений со странами Латинской Америки и Карибского бассейна с учетом растущей роли региона в мировых делах. Тема 4. ОБЕСПЕЧЕНИЕ НАЦИОНАЛЬНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ В ЗАРУБЕЖНЫХ СТРАНАХ 4.1. Подходы к обеспечению национальной безопасности в США Стержнем определения национальных интересов США служит триада «свобода − выживание − процветание», отражающая идеологию явного предначертания, лежащую в основе развития Соединенных Штатов Америки. Явное предначертание как доктрина выступает в единстве трех составных частей – доктринальных установок. 1. Американоцентричность есть главная и первоначальная установка «явного предначертания» или тезиса о «предустановленной судьбе» – уникальной миссии, предначертанной Америке свыше. В 1620 г. судно «Мэйфлауэр» привезло «отцов-пилигримов», которые и заложили основы нового мировоззрения − мировоззрения народа, освоившего целый континент, создавшего принципиально новое, «правильное» государство на основе демократии и религиозности. 2. «Раздвигающаяся граница» − идея, выступающая второй составляющей явного предначертания. Доминирующим фактором развития Америки является движение и постоянная экспансия. Американская энергия все время требует более широкого поприща для своего применения. Эти идеи лежат в основе американского глобализма. 3. «Просвещенный эгоизм». Эта доктринальная установка сформулирована как «необходимость следовать прагматичному и свободному от предрассудков расчету». Необходимо следовать только национальной выгоде. В результате «явное предначертание» предполагает, что «данная» нация именно в силу своей «избранности» и «уникальности» имеет право на эгоистический подход во внешней политике, так как остальные нации «не столь совершенны» и могут служить средством для достижения американских целей. Явное предначертание подкрепляется целым рядом принципов поведения США на международной арене: 1. Принцип «мирового порядка». На гербовой печати американского государства вырезан девиз «Novus Ordo Seculorum» − новый порядок веков». Этот принцип лежит в основе того, что в политологии получило наименование «мир по-американски». 2. Принцип «открытых дверей» («равных возможностей»). На Берлинской конференции 1884 г. США предложили великим державам на равных основаниях конкурировать в Китае. Означает распределение зон внешнего влияния не на основе силовых (военно-административных), а на основе экономических (конкурентных) методов. 3. Принцип «баланса сил». Этот принцип определяется стремлением США использовать имеющиеся противоречия между государствами на международной арене в своих интересах. В отличие от «открытых дверей» этот принцип действует во взаимоотношениях США не со слабыми, но с ведущими государствами. (Раскрывается в механизмах управления ликвидностью; трансляции рисков, управления кризисами.) 4. Принцип «американоморфизма». Состоит в том, что США всегда стремились поддерживать те страны, которые разделяют американские ценности − демократию и права человека («свобода»), рынок (единственный путь к «процветанию») и американский образ жизни (индивидуализм, трудолюбие, рациональность и умеренность). Перечисленные идеологемы сформировали активно-наступа-тельную линию поведения США при отстаивании своих национальных интересов, т. е. стремление прежде всего к гегемонии или лидерству, в крайнем случае − к конкуренции. Это предопределило и крайнюю идеологизированность американских концепций национальной безопасности, навязывающих свое, эгоистичное видение мира, который необходимо подчинить интересам США, сделав его «миром по-американски». Таким образом, обеспечение национальной безопасности США осуществляются в жестком соответствии с национальной идеологией. Геополитические модели, определяющие политику национальной безопасности США Принципиальным вопросом проведения политики национальной безопасности и внешней политики США традиционно выступает «вовлеченность» страны в мировые процессы. Исторически сформированы три основные геополитические доктрины, положения которых оказывают определенное влияние на выбор стратегии национальной безопасности США. «Крепость Америка» (доктрина Монро). Она была выдвинута в 1823 г. пятым президентом Джеймсом Монро. Ее идея – разделить мир на две зоны влияния: европейскую и американскую. В соответствии с этой доктриной был аннексирован Техас (а еще в 1803 г. первый консул Французской республики Бонапарт продал американцам Луизиану − «операционный центр» США), последовала борьба как с Мексикой, так и с Англией, осложнились отношения с Испанией и Россией по поводу владений на Западном побережье. В 1867 г. купили Русскую Аляску. В 1895 г. сформулирована доктрина, определявшая исключительное право США вмешиваться в дела латиноамериканских государств. Доктрина Мэхэна. Создана в конце XIX в. в виде лозунга: «Кто владеет морем – владеет миром». Идея принципиально проста: держава, преобладающая на море, всегда может вынудить своего континентального противника сражаться против ресурсов всего мира. Преимущество на море определяет контроль мировых материальных потоков, т. е. торговли (а для США принципиальное значение имеют ресурсы Евразии). В военном искусстве господство на море определяет также и выигрыш во времени при проведении той или иной военной операции. Поскольку совокупный потенциал Евразии значительно превышает совокупный потенциал обеих Америк, это вынудило взять на вооружение еще две геополитические модели для разобщенной Евразии (Евразийский периметр) и консолидированной Евразии (Евразийский центр). «Евразийский центр». Модель разрабатывалась английским геополитиком Маккиндером и доминировала в США с 1904 по 1943 г. Маккиндер предсказывал, что победа СССР во Второй мировой войне сделает его «самой мощной континентальной державой»1. Более того, он будет обладать самой выгодной стратегической позицией, потому что Евразийский центр – самая сильная крепость на Земле. Маккиндер утверждал, что «сильное государство Евразийского центра будет господствовать во всей Евразии и во всем мире»2. После Второй мировой войны американские планирующие органы прямо исходили из концепции Маккиндера, рассматривая СССР в качестве Евразийского центра, представляющего основную угрозу для безопасности США. Такой подход просуществовал все годы холодной войны вплоть до распада Варшавского договора и затем Советского Союза. С этого времени ситуация в военном планировании резко изменилась и на первый план стали выходить факторы, которые во все большей степени начали вступать в противоречие с моделью Евразийского центра. Это предопределило необходимость его переоценки для практических целей планирования в области национальной безопасности. «Евразийский периметр». Данная геополитическая модель в 1930-х гг. была предложена профессором Йельского университета в США Спайкмэном. Он исходил из того, что в истории в чистом виде никогда не было только сухопутных или только морских противостоящих коалиций. «Поэтому модель Маккиндера должна быть откорректирована следующим образом: «Кто управляет периметром – тот управляет Евразией, кто управляет Евразией − тот определяет судьбы Мира»1. По его оценке, всегда существует потенциальная угроза США со «стороны гегемонии или концентраций сил, которые могут контролировать Евразию», поэтому «Соединенные Штаты должны обеспечить свою безопасность путем поддержания системы союзов, которые не допустят тоталитарное государство или группу таких государств установить политический или военный контроль над центром Евразии плюс любыми другими существенными частями Евразийского периферийного пространства»2. Национальная безопасность США имеет две составляющие: − материальную, определяемую совокупной мощью страны в настоящее время (средства/ресурсы); − психологическую, определяемую моральной готовностью граждан США поддерживать политику обеспечения национальной безопасности, проводимую текущей администрацией, а также опытом и искусством руководства США по проведению политики национальной безопасности. Таким образом, в соответствии со Стратегией национальной обороны США 2005 г. угроза (враг) для США определяется следующими признаками: − «терроризирует» население США; − разрушает американский «образ жизни». Это такая деятельность, которая ограничивает свободу действий США в мире, направлена на захват и удержание доминирования в ключевом для США регионе, повышает цену выполнения Соединенными Штатами Америки своих международных обязательств. Поэтому руководство США предложило следующую классификацию государств с точки зрения союзников − военно-политических противников США. Партнеры и союзники. Они разделяют и поддерживают проводимый США военно-политический курс, но, имея развитую технологическую базу, способны продавать стратегические товары и оборонные технологии реальным врагам США (в этом заключается так называемая военно-технологическая угроза со стороны союзников). Конкуренты США. Они не разделяют американских устремлений, но и не идут на открытую военно-политическую конфронтацию с США, их партерами и союзниками. Потенциальные противники США. Имеют соответствующий военный потенциал, намерения и волю его использовать для достижения своих целей, противоречащих целям национальной безопасности США. Против них Соединенные Штаты Америки предполагают применять свою военную мощь. 4.2. Подходы основных европейских стран к обеспечению национальной безопасности Системы обеспечения безопасности европейских государств рассчитаны в большинстве своем на поддержание внутреннего порядка и оборону территории (по стандарту НАТО времен холодной войны) и прилегающих акваторий, при этом в США считают возможности европейцев, например, по проведению самостоятельных военных операций за пределами зоны ответственности НАТО явно недостаточными. Эта догма, сформированная самими же США в годы холодной войны и успешно культивируемая в сознании политического руководства своих союзников, резко ограничивает самостоятельность европейцев в области защиты национальных интересов вне американоцентричных коалиций или блока НАТО. Обеспечение национальной безопасности ведущих европейских стран имеет следующие особенности. 1. Преобладание коалиционной составляющей, в той или иной степени дополняемой «национальным» сектором, направленным на обеспечение внутренней безопасности и поддержание правопорядка, а также обозначение своей самостоятельной значимости вне рамок коалиционных структур на международной арене. 2. Иждивенческие тенденции, преобладающие в большинстве европейских государств при построении систем национальной безопасности. Эти проблемы стараются вынести за пределы национальных систем принятия решений, тем самым перекладывая бремя ответственности за принимаемые решения на коллективные органы, сформированные в рамках Европейского союза (ЕС). При этом, как показывает опыт действия ЕС в условиях украинского кризиса, сильное влияние на принимаемые европейскими политиками решения оказывают США, которые берут на себя основное бремя содержания институтов безопасности Европы в рамках блока НАТО. Все это небезосновательно дает повод говорить об отсутствии суверенной политики ЕС в области национальной безопасности. Несмотря на наличие общеевропейских структур, принимающих решения по вопросам обеспечения безопасности ЕС, крупнейшие страны еврозоны стараются ориентировать внешнюю политику ЕС таким образом, чтобы в максимальной степени обеспечить реализацию своих национальных интересов. Великобритания Наиболее важной задачей правительства Великобритании в области безопасности является обеспечение независимости и территориальной целостности страны. В Великобритании экономические интересы превалируют над геополитическими. Английские интересы имеют глобальный размах. Их географическое распределение сформулировано с 1948 г. в концепции «трех кругов», основные положения которой находят неизменное отражение в основных доктринальных документах страны. 1. Европейский круг, важность которого определяется географическим положением страны и связью ее безопасности с европейской безопасностью (т. е. безопасностью Западной Европы). 2. Атлантический круг (связи с США), значение которого опре- деляется историческими и культурными корнями, а также сложившейся системой торговли. 3. Метрополия и заморские территории (содружество), значение которых определяется обязательствами страны в отношении стран Британского содружества и обеспечением функционирования британской системы экономических связей и коммуникаций. Миссия Великобритании традиционно определяется ее стремлением к закреплению текущего международного положения, т. е. к поддержанию статус-кво в «трех кругах», что предполагает: 1) сохранение ведущей политической и военной роли в поддержании международной стабильности и военной безопасности; 2) отстаивание либеральных принципов международной экономики в интересах сохранения постоянного доступа к мировым торговым и финансовым потокам, минеральным ресурсам; 3) соблюдение гибкого и оптимального баланса между односторонностью (самостоятельностью) и многосторонностью в реализации своих национальных интересов на международной арене. Политика в области безопасности охватывает весь спектр внешней политики и экономики и планируется с учетом их обеспечения, если потребуется, их защиты. Она направлена: − на поддержание порядка внутри государства (в метрополии и на заморских территориях); − обеспечение территориальной целостности и безопасности. Значимыми в данном случае являются проблемы Северной Ирландии, а также безопасность заморских территорий; − жесткий миграционный контроль, особенно в метрополии; − целостность Британского Содружества. Франция Во Франции официально понятие «военная или национальная безопасность» отсутствует. Оно фактически заменяется понятием «национальная оборона», которое объединяет проблемы использования вооруженных сил, дипломатии, экономики, гражданской обороны, науки и технологий для защиты французских интересов. Среди национальных особенностей формирования политики национальной безопасности во Франции можно отметить устойчивое внутреннее согласие в том, что страна является великой мировой державой. В отличие от многих стран, например Японии, Франция не отягощена комплексом вины из-за своего колониального прошлого. Это дает ей повод для претензий на глобальную роль в мире, что выражается в стремлении быть посредником между ведущими западными странами и государствами «третьего мира». В отличие от США Франция никогда не стремилась к одностороннему гегемонизму. Традиционно обеспечение безопасности ею рассматривается посредством равновесия великих держав в рамках многополярного мироустройства. Отсюда стремление Франции к: проведению гибкой политики балансирования и отказ от каких-либо двусторонних союзов в пользу многосторонних. Франция рассматривает военные инструменты в качестве основы обеспечения политики безопасности, что находит подтверждение в обособленности в вопросах национальной обороны от НАТО и других государств Европы, а также в проведении собственной ядерной политики. В геополитическом плане Франция числит себя не только континентальной и морской державой одновременно, но и уточняет, что является единственной (исключая Испанию) европейской страной, одновременно выходящей к Атлантике и Средиземному морю. Такое положение Франции предопределило как бы тройственность ее геополитической модели. В официальных заявлениях и программных документах французского политического руководства национальные интересы Франции делятся на три категории. 1. Жизненные – обеспечение суверенитета и территориаль­ной целостности, защита населения. 2. Стратегические – поддержание мира на Европейском континенте и в прилегающих районах (в частности, в Средиземноморье). 3. Государственные – международная ответственность Франции в т. ч. как постоянного члена СБ ООН. Политика национальной безопасности страны строится исходя из стратегического видения французского президента, которое основывается на национальных интересах. Главные его положения излагаются в программных заявлениях и на современном этапе сводятся к следующему. Франция в начале XXI в. столкнулась с тремя вызовами, от ответов на которые зависит ее будущее. Первый из них – конфронтация между Западом и Исламом. С этим вызовом связаны такие угрозы национальной безопасности Франции, как внутренние беспорядки, террористические акты, возможность использования террористами ядерных, биологических и химических средств нападения. Борьба с такими угрозами предполагает прежде всего консолидацию национальных спецслужб и налаживание тесного взаимодействия между спецслужбами всех стран, ведущих борьбу с терроризмом. Второй вызов − проблема многополярности. Многополярность превращается скорее в столкновение политических курсов с позиции силы. В полной мере это относится к политике США, которые не смогли удержаться от искушения одностороннего применения силы, выдаваемого за глобальное лидерство. Одновременно Евросоюз рассматривается как важный инструмент многосторонней политики и компенсации рецидивов односторонности. Третий вызов заключается в поисках ответа на вопрос: как противостоять таким рискам и угрозам, как изменение климата, новые эпидемии, истощение энергоресурсов? Среди основных приоритетов политики национальной безопасности Франции выделяются: подтверждение собственного независимого статуса через обладание ядерным потенциалом и значительной военной мощью; дальнейшее укрепление военно- и внешнеполи-тических институтов Евросоюза; опора на адаптированную НАТО и формирование новых многосторонних подходов к региональной безопасности в Европе, Средиземноморье и на Ближнем Востоке. Франция придерживается так называемого особого статуса в НАТО, под которым подразумевается независимая ядерная стратегия, независимость принятия решений о собственной безопасности в период кризисов, самостоятельное определение степени участия страны в мероприятиях НАТО. Традиционным французским приоритетом остается сохранение за Францией зоны своего доминирующего влияния в Центральной и Западной Африке. 4.3. Обеспечение безопасности в государствах Ближнего и Среднего Востока Особенности и основные проблемы обеспечения безопасности государства Израиль Географическое положение Палестины, являющееся ключевым на всем Ближнем Востоке, сделало государство Израиль с момента возникновения одним из центров мировой геополитики. Его расположение в сочетании с военным потенциалом делает Израиль доминирующим военно-политическим фактором в районе Восточного Средиземноморья. В случае необходимости Израиль может служить стратегической базой для обороны южного фланга НАТО, блокировать основные пути в Южную и Восточную Азию, в частности Суэцкий канал. В пределах досягаемости с территории Израиля находится почти половина нефтяных ресурсов западного мира, сосредоточенных в треугольнике между Ливией на западе, Ираном на востоке и Саудовской Аравией на юге. План ООН 1947 г. предусматривал создание на территории британской подмандатной Палестины сразу двух государств – еврейского и арабского. В результате арабо-израильского конфликта 1948 г. еврейская Палестина «очистила» от арабов более 90 % подмандатной территории, при этом выступившие на стороне арабов Сирия, Египет, Иордания и Ирак не смогли «задушить» Израиль в зародыше. Ненависть к Израилю у арабских соседей воспроизводилась палестинскими беженцами. В результате с момента образования главной проблемой Израиля выступает обеспечение притока эмигрантов и поддержание численного превосходства евреев над палестинскими арабами. Так, приток почти 900 тыс. евреев из бывшего СССР (начиная с 1989 г.) обеспечил прирост населения Израиля сразу на 20 %. В настоящее время число евреев (около 6 млн человек) превышает число арабов приблизительно на 1 млн человек. Однако при сохраняющихся тенденциях соотношение перемещается в пользу арабов, так как у них выше рождаемость. Компенсировать эту тенденцию можно только за счет эмиграции. В данном случае главным конкурентом Израиля выступают США − их стратегический партнер и «спонсор». В Израиле господствует закрытая социалистическая модель экономики рыночного типа, подчиненная религиозным законам и духу внутрипартийной конкуренции. На развитии сказывается значительная социальная нагрузка на государственный бюджет, необходимая для обустройства новых переселенцев, адаптационных программ, содержания ортодоксальных еврейских семей. Государство до конца не отделено от религии, что наносит экономике огромный ущерб, и Израиль испытывает зависимость от внешней помощи. Имеющиеся результаты экономического развития во многом объясняются значительной помощью от США, еврейских групп в США и Европе, а также от состоятельных евреев, проживающих в стране. Серьезной проблемой являются этнические разделения внутри Израиля. Их формирует не только разграничение по линии «евреи − арабы», но и деление среди самих евреев на ашкенази (выходцев из Европы) и сефардов (евреев Восточного Средиземноморья, Африки и Азии). За сефардами закрепился имидж бедных, лишенных привилегий и необразованных евреев. Внутриполитические противоречия в значительной степени усугубляют и внешнюю уязвимость Израиля. Эта особенность выражается в том, что наличие реальной угрозы самому существованию израильского государства было принято в качестве бесспорной аксиомы, причем реальной признавалась вероятность войны между Израилем и всеми арабскими государствами одновременно. Постепенно в системе политического мышления укоренилось представление о непреходящем характере этой угрозы, т. е. «извечном» характере враждебности всего арабского и еще шире – всего мусульманского мира по отношению к Израилю. В 1970−80-е гг. в израильской политике обеспечения национальной безопасности появилась новая дилемма – опора исключительно на союз с США или диверсификация внешних связей в области безопасности. Ряд израильских политиков оценивали связи с США и степень зависимости Израиля от одной великой державы как недопустимо высокую. Тем не менее быстро захваченные военным путем «территории» контролировать в течение долгого времени в одиночку Израиль был не в состоянии. Лишь американская помощь давала Израилю необходимый ресурс для такого контроля. Сегодня в условиях политики, проводимой США на Ближнем Востоке, отношения между ними и Израилем ухудшаются. Израиль недоволен политикой США в отношении Сирии и Ирана. Защита от внешней, прежде всего арабской, угрозы стала основным приоритетом всей государственной политики Израиля с момента его образования. В свою очередь задачи, связанные с защитой страны, в значительной степени подчинили себе практически все направления политики, связанной с обеспечением национальных интересов. Политика Израиля в сфере национальной безопасности исходит из наличия трех кругов угроз. К так называемому внутреннему кругу относится деятельность исламских террористов и исламских организаций экстремистского толка (ХАМАС, «Хесбаллах», боевики Палестинской автономии). К среднему кругу относится Сирия как потенциальный агрессор, которая в случае кризиса может быть поддержана другими арабскими государствами. Внешний круг определяется необходимостью сдерживания арабских государств от нанесения ими ударов по Израилю ракетами большой дальности и авиацией с использованием оружия массового поражения. В практическом плане отличительной особенностью израильской политики в области национальной безопасности стала абсолютизация ее военной составляющей, так что практически вся эта политика мыслилась, по существу, как силовой ответ на военную угрозу. В этой связи главной и наиболее разработанной составляющей концепций национальной безопасности страны выступает военная доктрина. Она предполагает, что страна может в любой момент быть втянута в многоуровневый (по степени интенсивности и размаху), многофронтовой (с различного рода противниками – арабскими государствами и исламскими экстремистами) конфликт. Ее основные принципы состоят в следующем. 1. Израиль не может позволить проиграть ни одного конфликта. 2. Войны необходимо избегать всеми силами, опираясь на сдерживающий эффект израильского военного (качественного, но не количественного) превосходства, а также на политические меры внутри страны и за рубежом. 3. Опора на оборонительную стратегию без территориальных амбиций. Израиль не может позволить себе постоянно содержать большую по численности армию, ее основой являются немногочисленные, но высокоэффективные и высокотехнологичные ВС. В случае начала военного конфликта они должны сдерживать продвижение противника до развертывания частей резерва и после этого переходить в контрнаступление. В стране согласно закону 1959 г. действует всеобщая воинская повинность. В армию призываются граждане в возрасте 18 лет. Срок службы: офицеров – 48 мес., рядовых – 36 мес., для женщин – 21 мес. После прохождения обязательной службы каждый солдат приписывается к подразделению резерва. Мужчины в возрасте до 51 г. ежегодно служат до 39 дней; этот срок в чрезвычайных обстоятельствах может быть продлен. Обеспечение безопасности в Исламской Республике Иран Исламская Республика Иран – уникальное государственное образование современности. Его своеобразие заключается в некоторых, присущих только Ирану особенностях, а позиция по вопросам национальной безопасности определяется целым рядом факторов. Геополитический фактор. Исламская Республика Иран располагается в самом центре Западной Азии. Такая позиция делает его ключевым государством, способным оказывать непосредственное влияние на Передний Восток, Кавказ и Закавказье, зону Каспийского моря, Центральную Азию. Иран является также важнейшей страной Персидского залива, способной в любой момент перекрыть в нем судоходство. Располагающая одними из богатейших запасов углеводородов и удобными путями их транзита страна играет важнейшую роль в обеспечении глобальной энергетической безопасности. Более того, 78-миллионный Иран, имеющий одну из самых многочисленных армий в мире (свыше 900 тыс. человек), объективно является решающим фактором региональной и мировой политики (по состоянию на 2012 г.). Военно-политический фактор. Сегодня Иран окружен врагами и недоброжелателями. Главный противник – США. Америка фактически окружила Иран в военном плане: с запада – в Ираке, с востока – в Афганистане, с юга – в Персидском и Оманском заливах на базах Объединенного Центрального командования и кораблях 5-го оперативного флота. С севера находятся светская тюркоязычная Турция, член НАТО, а также Азербайджан и Грузия, ориентированные прежде всего на США. На другом берегу Персидского залива «неправильные мусульманские режимы» во главе с суннитской Саудовской Аравией с большой настороженностью относятся к своему мощному шиитскому соседу. И наконец, на Переднем Востоке значительна роль Израиля, которому Иран вообще отказывает в праве на существование. Национально-психологический фактор. Иран – наследник древнейшей персидской цивилизации. В духовном, религиозном плане он в течение почти шести последних веков являлся центром мирового шиизма. В настоящее время персидская национальная психология, представляющая собой сплав великодержавного имперского национализма и шиитской избранности, стала весомым политическим фактором на Ближнем Востоке. Экономический фактор. В процессе укрепления потенциала ИРИ главную роль играют нефть и газ. Нефтяные запасы страны оцениваются в 90 млрд баррелей, и сегодня Иран является одним из крупнейших нефтеэкспортеров. Однако этот его потенциал сдерживается США при помощи режима санкций. Активизация стратегического планирования и выстраивания новых приоритетов в области национального развития произошла с момента прихода к власти президента М. Ахмадинежада в 2005 г. Долгосрочная стратегия развития страны была сформулирована в документе «Двадцатилетняя перспектива». Согласно этому документу к 2025 г. Иран должен стать развитой страной и сильной региональной державой. Исходя из этого просматриваются три уровня долгосрочных целей политики Ирана. Высшая группа целей связана с превращением Ирана в общемусульманский центр силы. В ее рамках планируется достичь целей второго (регионального) уровня, предусматривающих превращение исламского Ирана в регионального лидера на Ближнем и Среднем Востоке. Успехи предыдущих двух основываются на достижениях внутренних национальных целей: обеспечение военно-политической и идеологической стабильности государства, создание независимой экономики с развитой промышленностью, строительство мощных вооруженных сил. Помимо перечисленных, достаточно понятных целей развития ИРИ имеет еще две стратегические цели, относительно достижения которых в стране имеется полное внутреннее согласие: во-первых, это уничтожение Израиля, во-вторых, создание независимого иранского ядерного потенциала. 4.4. Подходы стран Восточной Азии к обеспечению национальной безопасности (на примере Китая) Китай позиционирует себя относительно прочих «ведущих мировых держав» как «центр» мироздания, населенный «хань» – лучшими людьми, живущими на земле совершенного порядка и средоточия культуры. Китай является центром мироздания – Срединным государ- ством (Чжун Го). Геополитическое видение Китая определяется устойчивым понятием «жизненного пространства». Это фактически сфера китайского влияния, служащая источником национального развития. Жизненное пространство охватывает все географические сферы, включая подводное и космическое пространства. Некоторые китайские специалисты, учитывая тенденции глобализации, с конца 1990-х гг. включают в жизненное пространство информационную и финансово-экономическую сферы. Жизненное пространство Китая характеризуется «стратегическими границами» – рубежами, в рамках которых государство может реально защищать свои интересы. Размеры (масштабы) жизненного пространства и удаленность его стратегических границ определяются текущей комплексной мощью страны. Понятие комплексной мощи было разработано в 1970-е гг. и использовалось в стратегическом планировании Ден Сяопином. Китайская комплексная мощь включает в себя следующие основные подсистемы: • материальная мощь – натуральные ресурсы, экономика, наука и технологии, национальная оборона; • духовная мощь (национальный дух) – политика, международные отношения, культура и образование; • координирующая сила – организационные структуры стратегического уровня, управление, менеджмент, координация национального развития; • условия обстановки – международные, внутренние, экологические. Определяющим фактором позиционирования государства на международной арене, развития и обеспечения безопасности выступает соотношение жизненного пространства и комплексной мощи. Превышение комплексной мощи над жизненным пространством неизбежно ведет к экспансии и приведению в соответствие обоих параметров. Избыточность жизненного пространства относительно комплексной мощи ведет к потере жизненного пространства. Различия в соотношении жизненного пространства и комплексной мощи являются основными причинами межгосударственных конфликтов и войн. В настоящее время жизненное пространство Китая выходит за рамки государственных границ и включает в себя: • материковый Китай (вся территория КНР); • вновь воссоединенные Гонконг (1997) и Аомынь (1999); • еще не присоединенный Тайвань; • страны, командные высоты в экономиках которых занимают этнические китайцы-хуацяо, – Филиппины (50 %), Малайзия (70 %), Индонезия (70 %), Таиланд (70 %), Сингапур (100 %) при 95 % населения этнических хань. Перспективы китайской экспансии в целом достаточно очевидны: во-первых – это Тайвань; во-вторых – это дальнейшее закрепление в Юго-Восточной Азии; в-третьих – это Австралия, которая уже начинает испытывать на себе все более настойчивое экономическое и политическое влияние Китая, а также приток эмигрантов (австралийское руководство пытается привлекать эмигрантов из европейских государств); в-четвертых – это расширение жизненного пространства в океанских просторах (Тихого и Индийского океанов). Так, в 1990-х гг. ВМС НОАК (военно-морскими силами Народно-освободительной армии Китая) была принята концепция «активной прибрежной обороны» стратегических границ. Последние должны были к 2010 г. охватывать «первую цепочку островов» – акватории Желтого, Восточно-Китайского и Южно-Китайского морей, включая Тайваньский пролив, а также Филиппинские острова и о. Рюкю. К 2025 г. стратегические границы расширятся до «второй цепочки» – до островов Курильских, Японских, Нампо, Новой Гвинеи. Наконец, к 2050 г. Китай должен доминировать вплоть до третьей цепочки, включающей о. Гуам; в-пятых – это прилегающие к северным границам Китая территории Сибири и Дальнего Востока Российской Федерации, а также государств Центральной Азии. Речь в данном случае не идет о территориальных захватах, но о контроле китайскими экономическими субъектами энергетической инфраструктуры, конкретных месторождений, предприятий лесопромышленого комплекса. Отражением поиска Китаем «китайского» соотношения комплексной мощи страны и ее жизненного пространства выступают три великие исторические задачи Китая, озвученные в докладе генерального секретаря Ху Цзинтао на съезде Коммунистической партии Китая (КПК) в ноябре 2002 г.1 1. Завершение объединения Родины (расширение жизненного пространства). 2. Продвижение модернизации страны (наращивание комплексной мощи). 3. Защита мира во всем мире (обеспечение порядка в расширяющемся жизненном пространстве Китая по мере его становления великой державой). Китайское правительство не разрабатывает «стратегии национальной безопасности» в классическом, т. е. американском, западном смысле, оно сосредоточено на формулировании и решении внутрикитайских проблем. Китайская стратегическая культура полагается более на хитрость, нежели на прямое и грубое использование силы. При этом сила применяется только в случае крайней необходимости. Китаец всегда отступит, если ситуация складывается не в его пользу. Важнейшее значение придается захвату и удержанию инициативы. Это дает свободу маневра и гибкость контроля динамики развития ситуации. Улучшение своей позиции за счет противника или конкурента, равно как и разгром противника, не являются конечной целью китайцев. Главное для них время. Китайцы, как правило, выжидают такого стечения обстоятельств, при котором имеющиеся у них силы и средства могут дать максимальный эффект. Время ожидания может исчисляться достаточно длительными промежутками. Планирование осуществляется очень тщательно, с учетом всех классических элементов процесса принятия решений. При этом прежде всего рассматриваются альтернативы избегания столкновения или войны, если сил и средств для победы недостаточно либо ситуация не гарантирует однозначного выигрыша. Исходя из заявлений высших должностных лиц государства, решений КПК и правительства Китай руководствуется «стратегией национального развития», которая определяет долгосрочные цели и направления наращивания комплексной мощи. Основная внешнеполитическая установка этой стратегии сформулирована в завете Дэн Сяопина из 24 иероглифов: «Наблюдать хладнокровно, реагировать сдержанно, стоять твердо, скрывать свои возможности и дожидаться своего часа, никогда не брать на себя лидерство и быть готовыми кое-что совершить»1. Нынешнее руководство Китая в целом сохраняет преемственность заданного Ден Сяопином курса. По замыслу архитекторов китайского проекта (от Мао Цзэдуна до Ден Сяопина и Ху Цзинтао) Китай должен встать в ряд великих держав к 2019 г., когда достигнет соответствующей комплексной мощи в рамках «цикла малого процветания». При этом Китай как «третья сила», уклоняясь от открытого противоборства, одерживает верх над остальными глобальными игроками, изматывающими себя в лобовом столкновении. Китайское глобальное доминирование будет основано не на «перестройке» мира под свои стандарты, но на беспрепятственном использовании ресурсов всего мира в своих интересах. Национальные интересы Китая определяются «природой социалистического государства» и являются «высшим критерием» во взаимоотношениях с другими государствами. Государственный интерес – это и есть национальный (коренной) интерес китайского народа, это личные интересы подчиненных и личные интересы начальников. На роль выразителя национального интереса претендует только КПК. К так называемым коренным интересам китайского народа относятся: ◦ суверенитет; ◦ безопасность страны; ◦ экономическое развитие; ◦ удержание заданного международного статуса; ◦ достоинство; ◦ воссоединение страны. Основные направления стратегии национальной безопасности Китая Тайваньский вопрос. Борьба с текущим тайваньским сепара-тизмом и в более отдаленной перспективе объединение острова и материка. В настоящее время действует формула «Одна страна – две системы», которая успешно доказывается на примере воссоединения с Гонконгом. Защита своих экономических интересов связана с преодолением рисков и уязвимостей, свойственных развитию Китая как ведущей экономической державы. К ним относятся: 1. Дестабилизация банковско-финансовой системы КНР, которая связывается с обострением ситуации на мировых финансовых рынках. 2. Ограничение доступа к внешним источникам энергии. В настоящее время Китай, располагая собственными энергетическими ресурсами, проводит диверсификацию внешних источников – Персидский залив – Россия – Венесуэла и стремится поставить под свой контроль транспортировку углеводородного сырья из России и государств Центральной Азии на рынки Азиатско-Тихоокеанского региона, прежде всего в Японию и Южную Корею. 3. Возможные ухудшения мировой экономической конъюнктуры на мировых товарных рынках. Заключение После окончания холодной войны риск эскалации глобального ядерного конфликта был сведен к минимуму, что высвободило огромное количество человеческих и материальных ресурсов для дальнейшего развития государств, ранее затрачиваемых ими на оборону и безопасность. Явления, относящиеся к безопасности, перестали рассматриваться только в военно-политическом контексте. Безопасность в настоящее время – это нечто большее, чем отсутствие военной угрозы или насилия. В рамках национальной и международной безопасности обсуждается все более широкий спектр проблем и угроз. Рядовых граждан затрагивают крушение основ права и порядка, внутренние конфликты и притеснения, вызванные этнической или религиозной нетерпимостью, дефицит воды, продовольствия и топлива, эпидемии, поражающие людей и животных, техногенные катастрофы и природные катаклизмы, последствия разрушения окружающей среды и изменения климата. В условиях глобализации, ускоренного развития транснациональных процессов и расширения спектра субъектов международных отношений различия между национальной и международной безопасностью быстро стираются. При этом выработка адекватных стратегий обеспечения безопасности затрудняется тем, что ни одна страна не может действовать полностью самостоятельно в сфере безопасности. Процесс осознания новых приоритетов обеспечения как национальной, так и международной безопасности затруднен в настоящее время сложившимся стереотипом определения того, что необходимо защищать. Приоритет отдается по-прежнему национальным интересам и национальным системам обеспечения безопасности. Поэтому современное положение в мире характеризуется динамичной трансформацией системы международных отношений, формирование которых сопровождается конкуренцией, а также стремлением ряда государств усилить свое влияние на мировую политику, в т. ч. путем создания оружия массового уничтожения. Значение военно-силовых аспектов в международных отношениях продолжает оставаться существенным. Россия является одной из крупнейших стран мира с многовековой историей и богатыми культурными традициями. Несмотря на сложную международную обстановку и трудности внутреннего характера, она в силу значительного экономического, научно-технического и военного потенциала, уникального стратегического положения на Евразийском континенте объективно продолжает играть важную роль в мировых процессах. Вместе с тем активизиру- ются усилия ряда государств, направленные на ослабление позиций России в политической, экономической, военной и других областях. Попытки игнорировать интересы России при решении крупных проблем международных отношений, включая конфликтные ситуации, способны подорвать международную безопасность и стабильность, затормозить происходящие позитивные изменения в международных отношениях. В таких условиях актуальность изучения острых проблем национальной безопасности сохраняется высокой, особенно для сотрудников органов государственной охраны. БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК 1. Специальная литература 1.1. Административно-правовое обеспечение национальной безопасности в государствах – участниках Содружества Независимых Государств : монография / В. М. Редкоус. – Пятигорск : РИА-КМВ, 2010. 1.2. Алексеева, Т. А. Рациональный эгоизм национального интереса (Материалы круглого стола) / Т. А. Алексеева // Москва : Полис, 1995. 1.3. Алидин, В. И. Государственная безопасность и время / В. И. Алидин. – Москва : Изографус, 2011. 1.4. Бажанов, Е. П. Современный мир. Избранные труды / Е. П. Бажанов. − Москва : Известия, 2004. 1.5. Бжезинский, З. Великая шахматная доска. Господство Америки и его геостратегические императивы / З. Бжезинский. – Москва, 1998. 1.6. Гаджиев, К. С. Введение в геополитику / К. С. Гаджиев. – Москва : Логос, 2000. 1.7. Глазьев, С. Ю. Длинные волны: НТП и социально-экономическое развитие / С. Ю. Глазьев, Г. И. Микерин. − Москва : Наука, 1989. 1.8. Глазьев, С. Ю. Теория долгосрочного технико-экономического развития / С. Ю. Глазьев. − Москва : ВлаДар, 1993. 1.9. Глазьев, С. Ю. Социалистический ответ либеральной глобализации / С. Ю. Глазьев. − Москва : АПН, 2006. 1.10. Глазьев, С. Ю. Нанотехнологии как ключевой фактор нового техно-логического уклада в экономике / С. Ю. Глазьев, В. Харитонов. − Москва : Тровант, 2009. 1.11. Глазьев, С. Ю. Модернизация российской экономики на основе нового технологического уклада как ключевое направление антикризисной политики. Аналитический доклад по программе Российского гуманитарного научного фонда (проект N09-02-95650 докл). 2009. 1.12. Глазьев, С. Ю. Стратегия опережающего развития России в условиях глобального кризиса / С. Ю. Глазьев. − Москва : Экономика, 2010. 1.13. Глазьев, С. Ю. Как не проиграть в войне / С. Ю. Глазьев. − Москва, 2014. 1.14. Данилов-Данильян, В. И. Устойчивое развитие. Термин в энциклопедии «Глобалистика» / В. И. Данилов-Данильян. – Москва, 2006. 1.15. Делягин, М. Мировой кризис. Общая теория глобализации / М. Делягин. – Москва, 1996. 1.16. Дергачев, В. А. Геополитика. – Киев, 2000. 1.17. Дугин, А. Г. Основы геополитики. Геополитическое будущее России / А. Г. Дугин. – Москва, 1997. 1.18. Зеленков, М. Ю. Правовые основы общей теории безопасности Российского государства в XXI веке / М. Ю. Зеленков. − Москва, 2002. 1.19. Киссинджер, Г. Дипломатия / Г. Киссинджер. – Москва : Ладомир, 1997. 1.20. Колосов, В. А. Геополитика и политическая география : учебник для вузов / В. А. Колосов. – Москва, 2001. 1.21. Концепция внешней политики Российской Федерации утверждена президентом РФ 12.02.2013 г. // URL: http:// www.kremlin.ru. 1.22. Кортунов, С. В. Становление политики безопасности: Формирование политики национальной безопасности России в контексте проблем глобализации / С. В. Кортунов. – Москва : Наука, 2003. 1.23. Логунов, А. Б. Региональная и национальная безопасность : учебное пособие / А. Б. Логунов. – Москва : Вузовский учебник, 2009. 1.24. Международно-правовые основы борьбы государства с угрозами национальной (государственной) безопасности. Автореф. дис. ... канд. юрид. наук / А. О. Линдэ. – Москва, 2008. 1.25. Моисеев, Н. Н. Современный рационализм / Н. Н. Моисеев. – Москва, 1995. 1.26. Нартов, Н. А. Геополитика : учебник для вузов / Н. А. Нартов. – Москва, 1999. 1.27. Национальная безопасность в Российской Федерации: теоретико-правовое исследование. Автореф. дис. ... канд. юрид. наук / А. А. Куковский. – Москва, 2011. 1.28. Общая теория национальной безопасности : учебник / под общ. ред. А. А. Прохожева. – Москва : РАГС, 2005. 1.29. Перская, В. В. Глобализация и государство / В. В. Перская. – Москва, 2009. 1.30. Поздняков, Э. А. Политика и нравственность / Э. А. Поздняков. – Москва, 1995. 1.31. Поздняков, Э. А. Философия политики / Э. А. Поздняков. – Москва, 1993. 1.32. Правовая основа обеспечения национальной безопасности Российской Федерации : монография / Ю. И. Авдеев, С. В. Аленкин, В. В. Алешин и др. ; под ред. А. В. Опалева. – Москва : ЮНИТИ-ДАНА, 2004. 1.33. Сирота, Н. М. Основы геополитики : учебное пособие / Н.М. Сирота. – Санкт-Петербург, 2001. 1.34. Степашин, С. В. Вопросы безопасности в системе государственного и муниципального управления Российской Федерации / С. В. Степашин, В. Л. Шульц, Р. Ф. Идрисов. – Казань, 2001. 1.35. Степин, В. С. Эпоха перемен и сценарии будущего // URL: http:// www.philosophy.ru/ library/ stepin/ epoch.html. 1.36. Стратегические перспективы развития России в XXI веке: Тезисы концептуального проекта. – Москва, 2009. 1.37. Тер-Акопов, А. А. Безопасность человека / А. А. Тер-Акопов. – Москва, 1998. 1.38. Цыганков, А. П. Ганс Моргентау: Взгляд на внешнюю политику / А. П. Цыганков // Власть и демократия: Зарубежные ученые о политической науке. – Москва, 1992. 1.39. Яковец, Ю. В. Глобализация и взаимодействие цивилизаций / Ю. В. Яковец. – Москва, 2001. 2. Периодические издания 2.1. Александров, Р. А. О современном состоянии законодательства Российской Федерации в области национальной безопасности // Российский следователь. – 2006. – № 4. 2.2. Ашихина, Т. Ю. Региональные особенности участия России в процессе глобализации / Т. Ю. Ашихина // Управление экономическими системами (электронный научный журнал). 17.11.2012 г. № 47 // http://www.uecs.ru/. 2.3. Белых, В. С. Россия в условиях глобализации и военного противоборства // Военно-юридический журнал. – 2010. – № 11. 2.4. Вишняков, В. Г. Национальная безопасность РФ: проблемы укрепления государственно-правовых основ // Журнал российского права. – 2005. – № 2. 2.5. Вишняков, В. Г. О методологических основах правового регулирования проблем безопасности Российской Федерации // Журнал российского права. – 2005. – № 9. 2.6. Путин, В. В. Быть сильными: гарантии национальной безопасности для России // Российская газета. – № 5708 (35). – 20.02.2012. 2.7. Гончаров, И. В. К вопросу о понятии конституционной безопас-ности федеративного государства // Государство и право. – 2003. – № 12. 2.8. К вопросу о концепции национальной безопасности // Теоретические и прикладные проблемы деятельности правоохранительных органов в современных условиях : сб. трудов докторантов, адъюнктов и соискателей. Вып. 13. Ч. 2 / под общ. ред. В. П. Сальникова. − Санкт-Петербург : Санкт-Петербургский университет МВД России. – 2000. 2.9. Калина, Е. С. Понятие чрезвычайной ситуации в административном праве: структура и содержание // Вестник Воронежского государственного университета. – Воронеж : Изд-во Воронеж. ун-та. – 2011. – № 1 (10). 2.10. Кардашова, И. Б. Обеспечение национальной безопасности РФ: сущность, задачи // Российский следователь. – 2006. – № 1. 2.11. Карпова, И. Н. Социальное государство в эпоху глобализации // Гражданин и право. – 2006. – № 11. 2.12. Карпович, О. Г. Глобализация, децильный коэффициент, доходы, расходы, безопасность, наркотрафик, угрозы, Интернет, экономика // Юридический мир. – 2012. – № 1 // ИПС КонсультантПлюс. 2.13. Кирьянов, А. Ю. Общая характеристика понятия «безопасность». Подходы к определению и виды // Безопасность бизнеса. – 2010. – № 1. 2.14. Кирьянов, А. Ю. Правовая основа деятельности органов, обеспечивающих национальную безопасность // Адвокатская практика. – 2005. – № 4. 2.15. Кокорин, С. Н. Понятия «государственная безопасность» и «национальная безопасность» в законодательстве Российской Федерации: соотношение и взаимосвязь // Теоретические аспекты и правоприменительная практика российского законодательства. Материалы Всероссийской научно-практической конференции 12–14 апреля 2007 г. – Курск : Изд-во Курского гос. техн. ун-та. – 2007. 2.16. Конин, В. Н. Обеспечение общественной безопасности на федеральном уровне // Административное право и процесс. – 2010. – № 6. 2.17. Корякин, В. М. Военно-административное право (военная администрация) / В. М. Корякин, А. В. Кудашкин, К. В. Фатеев : учебник / Серия «Право в Вооруженных Силах – консультант». – Москва : За права военнослужащих. – 2008. – Вып. 90. 2.18. Куковский, А. А. Некоторые вопросы классификации видов без-опасности / А. А. Куковский // Актуальные проблемы права России и стран СНГ-2010: Материалы международной научно-практической конференции 1–2 апреля 2010 г. – Челябинск : ЮУрГУ. – 2010. 2.19. Левакин, И. В. Государство и его свойства в условиях глобализации: проблемы единства и целостности России / И. В. Левакин, Е. А. Юртаева // Гражданин и право. – 2007. – № 1. 2.20. Национальная безопасность РФ: проблемы укрепления государственно-правовых основ // Журнал российского права. – 2005. – № 2. 2.21. Национальный план противодействия коррупции, утв. Президентом РФ 31.07.2008 г. № Пр.-1568 // Российская газета. – 2008. – № 164. 2.22. Ниязматова, М. А. Административно-правовое регулирование национальной безопасности // Административное и муниципальное право. – 2010. – № 10. 2.23. Пастухова, Н. Б. Государственный суверенитет в эпоху глобализации // Журнал российского права. – 2006. – № 5. 2.24. Полянский, И. А. Военная доктрина России и ее роль в обеспечении военной безопасности и строительстве вооруженных сил // Право и политика. – 2006. – № 1. 2.25. Плешаков, К. В. Компоненты геополитического мышления // Международная жизнь. – 1994. – № 10. 2.26. Саидов, А. Х. Национальная безопасность и национальные интересы: взаимосвязь и взаимодействие (опыт политико-правового анализа) / А. Х. Саидов, Л. Ф. Кашинская // Журнал российского права. – 2005. – № 12. 2.27. Самородов, Н. М. Совершенствование правовой базы обеспечения национальной безопасности в Российской Федерации // Конституционное и муниципальное право. – 2011. – № 5. 2.28. Сорокин, В. В. О проблеме «неправа» в переходный период // Новая правовая мысль. Научно-аналитический журнал. – Волгоград. – 2007. – № 1. 2.29. Сперанский, А. Патриотизм и национальная идея // Уральский федеральный округ (УрФО). – 2003. – № – 5. 2.30. Стукалов, А. Борьба с преступлениями террористической направленности // Закон. – 2011. – № 6. 2.31. Ухов, В. Ю. О некоторых проблемах совершенствования Концепции национальной безопасности Российской Федерации // Российский следователь. – 2008. – № 2. 2.32. Фомин, А. А. Юридическая безопасность государства как особого субъекта российского права // Право и политика. – 2005. – № 3. 2.33. Харабет, К. В. Некоторые вопросы устойчивого развития государ- ства и предупреждения правонарушений в свете Стратегии национальной безопасности РФ до 2020 года // Российская юстиция. – 2010. – № 7. 2.34. Шелепова, С. А. Безопасность личности и полномочия ФСБ России по ее обеспечению // Безопасность личности: современное состояние и перспективы дальнейшего развития. Материалы межвузовской научной конференции. – Голицыно. – 2008. 2.35. Шумилов, В. М. Категория «государственный интерес» в политике и праве (системно-теоретические и международно-правовые аспекты) // Право и политика. – 2000. – № 3.

Рекомендованные лекции

Смотреть все
Политология

Актуальные проблемы национальной безопасности (Часть 2)

АКАДЕМИЯ ФЕДЕРАЛЬНОЙ СЛУЖБЫ ОХРАНЫ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ А. В. Тарасов АКТУАЛЬНЫЕ ПРОБЛЕМЫ национальной безопасности Курс лекций В двух частях Часть 2 ...

Автор лекции

А. В. Тарасов

Авторы

Экономика

Организационно-правовые и экономические проблемы противодействия криминализации экономических отношений

Материалы к лекции Тема: «Организационно-правовые и экономические проблемы противодействия криминализации экономических отношений» 1 Теоретические осн...

Энергетическое машиностроение

Внешние и внутренние аспекты энергетической безопасности государства

ВНЕШНИЕ И ВНУТРЕННИЕ АСПЕКТЫ ЭНЕРГЕТИЧЕСКОЙ БЕЗОПАСНОСТИ ГОСУДАРСТВА НАЦИОНАЛЬНАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ ЭКОНОМИЧЕСКАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ Охорзин Ю.А. , к.т.н., доцен...

Автор лекции

Охорзин Ю. А.

Авторы

Философия

Межконфессиональный диалог в современном мире

Лекция 8. Межконфессиональный диалог в современном мире ПЛАН 1. 2. 3. 4. 5. 6. 7. 8. 9. Социальная безопасность Социология гуманитарной безопасности П...

Метрология

Законодательство Российской Федерации в сфере технического регулирования.

Лекция 1. Законодательство Российской Федерации в сфере технического регулирования. Задачей изучения дисциплины является получение системных знаний по...

Право и юриспруденция

Правовое обеспечение экономической безопасности в РФ

Тема 1 Правовое обеспечение экономической безопасности в РФ Понятие, предмет, содержание и субъекты экономической безопасности в РФ. Историко-правовой...

Экономика

Принцип «Принятие мер предосторожности» - фундаментальная основа риск – менеджмента.

ЛЕКЦИЯ 1 Принцип «Принятие мер предосторожности» - фундаментальная основа РИСК – МЕНЕДЖМЕНТА. В условиях глобализации рынка товаров и услуг и либерали...

Международные отношения

Введение в профессию

Московский Городской Университет Управления Правительства Москвы Факультет: Государственного Управления и Права. Направление продготовки: Международны...

Автор лекции

Курсова О.В.

Авторы

Безопасность жизнедеятельности

Энергетическая безопасность. Взаимосвязи национальной, экономической и энергетической безопасности

ЭНЕРГЕТИЧЕСКАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ (курс лекций подготовлен по материалам проф. Сенновой Е.В.) НАЦИОНАЛЬНАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ ЭКОНОМИЧЕСКАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ Охорзин Ю...

Политология

France and the european union after the french election 2017

FRANCE AND THE EUROPEAN UNION AFTER THE FRENCH ELECTION 2017 The 2017 French presidential election was held on 23 April and 7 May 2017. As no candidat...

Смотреть все