пустошь, болото, луг, целина, чисть, степь. Дериваты - лядь,
ледина, лединка, лядежник, лединник, лядиняг, лядочка. Этому термину уже посвящено
несколько публикаций, он обладает многими значениями, иногда в географ. смысле
характеризующими совершенно противоположные признаки. "Географический термин ляда -
лядина... оказывается, пожалуй, самым изученным местным географическим термином
восточнославянской языковой территории" [Н. И. Толстой, 1969]. Отметим статьи О. Г.
Пороховой [сб. Лексика русских народных говоров. М,-Л., 1966], специально посвященную
анализу этого термина на широком индоевр. фоне; В. П. Петрова [в кн. Языки и мышление. М.-
Л., 1936, 6-7], который показал его происхождение. См. также у А. И. Лебедевой [1960]. Слово
ляда есть почти во всех слав. языках [Smilauer, 1963, 1], в формах ляда, лядо, lado, ledo, ledina
в пяти значениях: 1) "новые земли", "целина" (новина, новь), 2) "открытое место" (часть), 3)
"влажная, сырая земля" (болото), 4) "горный луг", 5) "пустошь", "степь", "луг". Не следует здесь
указывать на негеограф. значения этого удивительного своей полисемантичностью слова.
Ограничимся задачей словаря. В рус. летописях ляда - "угодье вообще", "сенокос", "пашня или
росчисть, поросшие молодым лесом" [Г. Е. Кочин, 1937]. У И. И. Срезневского [1895, 2] лядина -
"сорная трава", "поле", "борозда". ССРЛЯ [1957, 6] (с пометой: "областное слово") объясняет:
ляда - "место, расчищенное под луг или пашню"; "овраг". Лядина - "пахотный участок среди
леса на месте вырубки или пожарища". Уменьшительная форма лядинка. Основные значения:
"пустошь", "целина", "перелог", "заброшенная пашня", "чисть", "поле, негодное под посев",
"земля под паром", "поле, заросшее лесом" (ср. ледеть - "зарастать кустарниками, молодыми
деревьями"). У В. И. Даля [1912, 2] - лесок по болоту, смешанное мелколесье, неудобь, низкая,
мокрая и плохая почва. В Ярославской и Вологодской обл.- "мочажина", "болото с ямами",
"лужа". Наоборот, в Новгородской обл. лядина - "чернозем", "сухое место, на котором растет
крупный лес" [В. И. Даль, 1912, 2], "лес". Это перекликается с определением Б. Д. Гринченко
[1958, 2] укр. лядо на Волыни - "возвышенное место в лесу, заросшее строевой сосной" и с
наблюдением С. А. Копор- ского [1945] в Калининской обл., где лядина - "лесное место", "густой
лес". То же пишет Н. А. Солнцев [1963]: лядина - "сухой лесной участок, поросший молодыми
деревцами, часто на месте заброшенных пашен". Значение "лес" известно во многих областях
Центра и Прибалтики. В. С. Жекулин [1969] приводит для Новгородской обл. термин полядки -
"посевы, осуществленные в последующие годы на ляде". В белор. [И. Я. Яшкин, 1971]
отмечается много значений: "поле на месте вырубленного леса", "большое заброшенное поле",
"сухое место с сосновым бором среди болота", "лесные сорные участки с остатками вырубок" и т.
д. В географ. литературе по северо-западным обл. можно встретить следующую характеристику:
"ляда - или лядины...-реденькие, плохие, полусырые участки елового или мешаного леса с
обильным кустарником из ольхи, ивы и осины. Такие участки образуются на раньше
вырубленных участках, обыкновенно елового леса. Вырубается же или выжигается лес на этих
участках всегда с целью использовать землю под посев какого-нибудь хлеба или льна, и
некоторое время такой участок засевается, потом иногда надолго земля остается без всякого
пользования и зарастает поэтому снова лесом. Вот таким образом и создаются ляда. Этот способ
пользования землей под посев составляет систему подсечного хозяйства, или иначе - лядинного"
[Россия, 1900, 3]. Развитие значений сырой луг - болото - лужа (в более южных и более сухих
районах) приводит к смысловому сдвигу. В Липецкой обл. ляда, лядочка - "блюдцеобразное
заболоченное понижение, иногда поросшее ивой" [Ф. Н. Мильков, 1970]. Это наблюдение и
упомянутое свидетельство Б. Д. Гринченко позволяют расширить ареал термина ляда за
пределы северных и северо-западных районов СССР. Топонимический материал подтверждает
такую мысль, о чем говорит наличие слова ляда в южно-слав. яз.: сербохорв. ледина -
"необработанная земля", "целина", "пустошь", "заброшенное непаханое поле"; лединак - "бугор, холмик на целине"; болг. ляда, ледина - "заброшенное поле", ледиха - "луг", "поляна в горах".
Впрочем, термин ляда встречается не повсеместно в Белоруссии: в центральной полосе
республики, протянувшейся с севера на юг через Минск, "лексема ляда вообще неизвестна" [Н.
И. Толстой, 1969], По существу слово ляда должно рассматриваться как термин антропогенного
воздействия на природу. В. М. Мокиенко [1969], детально рассмотревший его семантику, пишет:
"Ляда, лядина - не просто "сырое, низкое место", не обычная "мочажина", не любое "болото", а
низменное, заболоченное место, поросшее мелким лиственным лесом (березняком, ольшаником,
осинником и подоб.), обычно на месте обрабатываемого участка в лесу". Известно, что в лесной
зоне процесс заболачивания обычен при уничтожении леса, особенно при его вырубке и
выкорчевке. Но в исходном значении лядо, видимо, имело более узкое специализированное
содержание: "целина, неблагоустроенная земля, обладающая потенциальными возможностями
для сельскохозяйственного использования" (пашня, сенокос, пастбище). Об этом говорит
семантика слова ляда в южно- и западнославянских языках, что приведено в упомянутой книге
Н. И. Толстого, где даны и негеограф. его значения. Их тоже немало. Слав. лядо находит
соответствия в других индоевр. яз. В. П. Петров [там же] приводит интересные параллели:
кельт. landa - "пустошь"; литов. lydimas - "новь"; индоевр. land - "земля", "край"; ирл. land, lann
- "свободное место"; готское land - "земля" ; шведское linda - "пустошь", "залежь" и т. д. О слове
land на англ. материале см. работу А. А. Уфимцевой [Тр. Ин-та языкознания АН СССР. М., 1959,
9], где параллели с нашим лядо. Впрочем, высказывается мнение и о древности lendh
доиндоевр. происхождения [Фасмер, 1967, 2, примечание О. Н. Трубачева со ссылкой на М.
Рудницкого]. Старая и Новая Ляда близ Тамбова на р. Ляда; Лядины на запад от Каргополя в
Архангельской обл.; р. Лядова - л. пр. Днестра; Ляды в Витебской и Горьковской обл. по
правобережью Ветлуги. В. А. Жучкевич [1974] приводит 15 названий для сел Белоруссии в
форме Ляда, Лядец, Лядины, Лядки, Лядно, Лядовичи, Лядцо, Лядцы, Лядинка. Лядо и Лядино в
Ленинградской обл.; Ляды в Псковской и Пермской обл.; Залядка в Брянской обл.; Лядовены в
Молдавии. В Румынии, в предгорной котловине Вранча, течет р. Лядова, а в Сучаве возвышается
гора Лядву [сообщение И. Коня из Бухареста]. Список топонимов можно было бы продолжить,
особенно много их в микротопонимии Северо-Запада и Севера РСФСР.
Диалектная лексика является наиболее ценным источником образования топонимов костромской топонимической системы. Поскольку топонимы данной группы отражают особенности костромских говоров, как бы консервируют исчезающую из речи лексику, их изучение позволяет ответить на многие вопросы диалектологических исследований. Данная статья содержит характеристику костромских топонимов, образованных на основе лексем «ляд», «ляда», «лядина» и т. п.
озеро (бур., монг.). Это традиционные формы. Оригинал - нуур; др. форма -
nagur, где вторую согласную правильнее следует передать греческой гаммой. Халха-монг.
нуурмаг - "пруд", "водоем", "озерко". Из монг. в эвенк. нор - "озеро", в диал.-"море". Возможно,
сближение эвен. и эвенк. нярут - "озерко", "зарастающее озеро", "болото"; нанайское няру,
нярон, нярун - "болото", "тундра"; маньч. нари - "болото". Интересно вспомнить сибирское рус.
диал. нор - "омут", "яма, наполненная водой". Сопоставимо фин.-угор. нюр - "болото" (коми,
удм.); нёром - "болото", "тундра" (хант.); няр - "болото" (манс.). Любопытно, что В. И. Лыткин и
Е. И. Гуляев [1970] пишут: "Убедительных сопоставлений пермских слов со словами финно угорских языков нет". В тюрк. яз. ясных параллелей также нет. Можно привлечь якут. нуора -
"труднопроходимое болото", "лесная чаща". Более надежным представляется ср. с азерб. ноур,
нохур - "озеро", "водоем", "болото"; ногайс. наур - "озеро", "болото". Неубедительно
возражение, что азерб. ноур, нохур может быть связано с перс. нохур - "канал", "арык", "река",
араб. нахр - "река". Семантика азерб. термина прямо соответствует монг. значению, а древняя
монг. форма позволяет легко сблизить с азерб. словом. Не следует избегать предположения, что
все приведенные термины - звенья одной цепи. Известны и другие ясные параллели между
монг. и иран. словами. Об азерб. нohyp см. у Л. Г. Гулиевой [Материалы научной конференции,
посвященной топонимии Азербайджана. Баку, 1973]. Оз. Зайсан-Нор в Казахстане; Телецкое
оз. на Алтае - местное название Алтын-Нор (золотое озеро); оз. Нур на байкальском о-ве
Ольхон; оз. Ногон-Нур и Хара-Нур в Туве; оз. Цаган-Нор, Улан-Нор и Хар-Нор, нп Нур- Тухум в
Бурятии. В Азербайджане - оз. Шириннохур и Аджынохур, нп Нохурлар; оз. Нохур и
Донгузнохур в Дагестане [Бушуева, 1971]. Большие озера МНР - Убсу-Нур, Хара-Нур, Хараусу Нур, Хиргис-Нур, Буир-Нур и много других. В Китае - Далай-Нор в Барге и Далай-Нур во
Внутренней Монголии, Кукунор в Цинхае, Лобнор и Эби-Нур в Синьцзяне, Тенгри-Нур в Тибете.
Вполне вероятно, что в этот же топонимический ряд - Норильские озера, р. Норильская,
Норильский хр., гор. Норильск на Таймыре. Но ср. юкагирское нъорил - "болото". Однако неясны
пути заимствования и миграции населения. См. нюр.
пещера. Далеко не все знают, что этот широко распространенный географ. термин связан со словом печь. У И. И. Срезневского можно найти такой ряд др.-рус. слов: печера, печь, пещера, пещь. При этом в текстах летописей пещера и пещь употреблялись в двух значениях: "печь" ("очаг") и "пещера". "Заимствовано из ст.-слав. яз. (исконно русское -
печора). Образовано от pektь (печь - печка) с помощью суффикса -ера. Буквально значит -похожая на печь" . Эти термины оказались очень продуктивными в топонимии и географ. терминологии слав. и соседних с ними неслав. стран. Ср. укр. пiч, печера, белор. пячора, сербохорв. печина - "пещера"; болг. печка - "печка", пещ - "печь", пещера -"пещера"; польск. piec - "печь", pieczarа - "пещера"; рум. pestera - "пещера". Интересная укр. форма упека - "скала". Много других географ. значений. В словаре В. И. Даля приводятся некоторые из них: печоры - "ряды беспорядочно расположенных утесов по берегам средней части Волги"; печина, печинник - "уступ, припечек на дне реки, вдоль берега", а для Верхней Волги - "выгоревшее от зноя место в степи". К этому у С. П. Неуструева добавлено: "печина - довольно твердый грунт в виде черной глины, трудно поддающийся размыву даже от сильного течения. Сланцевое дно настолько жестко, что якорь не забирает".
Печера - доломитизированный известняк .в Горьковской обл. Видимо, сюда же термин пичури, под которым в Липецкой обл. понимают "обнажения девонских известняков по крутым склонам долин" Быстрой Сосны, Ельчика, Воргола. Печище, опечек - "приглубая ровная мель"; "нагромождение камней", "выход камня на дне озера" (в Псковской обл.), "твердое, неровное дно, с ямами и выступами". Широко распространены значения: "развалины жилых домов", "разрушенное и заброшенное селение". К этому примыкает печь - "небольшое поселение из нескольких домов", "хутор", "маленькие
выселки". Такое значение фиксирует словарь Даля для Европейского Севера, есть указания и для Белоруссии. Вообще в просторечье печь - "очаг", т. е. дом, семья. Как видно из сказанного, сюда же относятся термины припечек и опечек, имеющие уменьшительную форму. Для последнего Д. А. Богданов дает такое определение: "на сибирских реках небольших размеров подводные галечные бугры на дне реки. Опечки имеют разновидные очертания и часто располагаются вблизи фарватера в такой части русла, где по направлению струи воды менее всего следовало бы ожидать его присутствия. Образование опечков относится также исключительно к действию весенних ледоходов, местами взрывающих дно реки и рядом где либо нагромождающих бугры гальки. Благодаря большому семантическому пучку, который образует термин, он весьма активен в топонимии: Печоры и Печи в Горьковской обл.; Печины в Сумской обл.; Киево-Печерская Лавра, расположенная в пещерах; Печоры в Псковской обл.; Печерск под Смоленском; Печерские Выселки в Куйбышевской обл.; Печеницы в Ленинградской обл.; Печера в Винницкой обл.; р. Печище, берущая начало в Солтонском кряже в Кузнецком
Алатау (бас. Чулыма). "Печи - названия сел в различных частях БССР. Смысловое значение, очевидно, от термина печь - домашний очаг, напольная кирпичная печь, смолокурная печь и т. п.". Печерский Берег в Куйбышевской обл.; Печинская в Минской обл.;Пещера в Кировской обл.; ст. Пещерная Южно-Уральской ж. д. в Челябинской обл.; Пещерка в Алтайском крае. В этот топонимический ряд - Печ в Югославии и Венгрии. И венгерская столица Будапешт, обра-зованная путем слияния двух городов - Буда и Пешт, лежащих на противоположных берегах Дуная, получила такое имя из слав.: буда (дом, строение, жилище, ср. рус. будка, укр. будинок) и пешт; Уйпешт - район Будапешта. Такая этимология известна давно. При-веду свидетельство румынского топони- миста Э. Петровича: "Венгерское название Pestes (румын. Pestes, Pestis) представляет собой производное прилагательное с суффиксом -es (-еш) от существительного pest - печь, пещера (болг. pestь)... В основе названия венгерской столицы (Buda) pest лежит то же самое венгерское нарицательное pest (болг. pestb).
Оно не может служить доказательством того, что славяне, обитавшие некогда около Будапешта, говорили на болгарском говоре". Печки на восток от Праги и Пештера в Болгарии. Вне ряда Печора - имя известной северной реки в СССР.
